В тени пирамид

– Надолго ли? Султан и халиф Османской империи Абдул-Хамид II уже через два года распустил парламент, и начиная с того времени в этом государстве господствует режим «зулюма» – жесточайшей деспотии. Большинство сторонников конституции вынуждены были бежать за границу, а те, кто не успел, уже давно лежат на дне Босфора со вспоротыми животами. Как пишут газеты, в Османской империи царит всевластие тайной полиции. Тех, кто хоть единожды высказал своё неудовольствие против тирана, находят повесившимися или отравленными. Тысячи жертв «зулюма» без суда отправляют на каменоломни. Люди пропадают каждый день, и дома пустеют. Родственники даже не решаются справляться о судьбе пропавших членов семьи. Особенно сильный террор коснулся чиновников, учителей и врачей. Сумасшедший султан не расстаётся с револьвером даже во дворце Йылдыз, обнесённом тремя рядами стен и напичканном телохранителями. Его хоромы стоят на холмах, господствующих над Босфором и Золотым Рогом. Никто, кроме солнцеликого правителя, не знает, какую спальню он выберет на ночь. Страх и безумие правят им. Деспот бесконечно упражняется в стрельбе из револьвера и, будучи маниакально подозрительным, палит на любой испугавший его звук. Говорят, он перестрелял немало лакеев и те, кого силой набирают к нему в прислуги, прощаются с родственниками, считая, что идут на верную смерть. А цензура? Наши российские ограничения в печати – детский лепет по сравнению с турецкими запретами. Десятки газет закрыты, множество книг признаны либеральными и давно изъяты из магазинов и лавок. Их авторы изгнаны из страны либо казнены. Угодить на каторгу можно даже за слово «весна», поскольку под ним подразумеваются перемены и некоторые оппозиционеры использовали его как символ протеста против узурпатора. Даже если вы нарисуете на бумаге цветущую ветку и выйдете с этим листком на улицу, вас тотчас же арестуют и подвергнут пыткам. Я вполне допускаю, что Абдул-Хамид может прибегнуть к армянским и греческим погромам, поскольку Мидхат-паша, бывший предводитель оппозиции, арестованный по сфабрикованному обвинению и погибший в тюремной камере в «результате несчастного случая» в 1883 году (на самом деле убитый по приказу султана), демонстративно поддерживал дружеские связи с христианскими общинами, считая, что все граждане Османской империи имеют равные права, независимо от вероисповедания.

– Мрачный прогноз вы нарисовали нашим соседям.

– Я вижу, вы неплохо разбираетесь в политике.

– Теперь это часть моей профессии.

– Каждый драгоман мечтает стать послом?..

– Или генеральным консулом… Но я совсем вас заболтал. Предлагаю наконец выпить, пусть даже без тоста.

Раздался лёгкий звон бокалов.