В теле пацана (книга 7)

Ещё пятерых я приходую успешно в разных позах. А затем у меня просто заканчиваются не только физические, но и магические силы. Опасения, что при повторном сексе может быть всё то же самое, не оставляют меня. Но проверять это, не закончив со всеми по первому кругу как–то несправедливо по отношению к трепетно ждущим своей очереди.

А они, будто переняли мои правила игры. Приспособились. Или их тщательно проинструктировали…

Резерв стремится к нулю, а значит, мы тут застряли, на вечер глядя. Поэтому топаем до гостиничного квартала своими ножками. Я впереди, указывая дорогу, девушки за мной строем, весело болтая. Явно разбаловались, я ведь не такой уж и строгий, как вначале показалось. Вообще душка.

С собой забрали всё барахло, наверняка, и об этом им говорили. Всё сдадут на исследования, себе не оставят.

Путь до квартала не близкий, по дороге рассказал про мир, откуда я. Про наши порядки. С теплом на сердце вспомнил про Фелисию. Про свой гарем с воинственными жёнами. Ученицы слушали с раскрытыми ртами, засыпали сотнями вопросов, соблюдая очередь.

У дома, что я снял, целая толпа гвардеек в розовом нас встречает. Вот вы и спалились, господа. Уверен, по всему пляжу ещё больше таких же матёрых. Увидев нас, разъярённые тётки рванули навстречу.

— И чего это вы так всполошились? — Встречаю с ехидной улыбкой.

— Мей Ран Крис! Вам предписано явиться в Монолит! — Воскликнула незнакомая дамочка истерично, едва не целя в меня энерго–луком. Но её тут же придержала другая, быстро исправляя:

— Профессор Омбер нижайше просит вас посетить Южную Башню, мы проводим.

— Зачем же провожать? Считайте я уже там, — ответил этим курицам и ученицам: — Я отлучусь, мои хорошие. Ведите себя прилично.

— Да благословит вас Сфера, наставник!! — Отчеканили малышки хором.

Переместился на последние крохи резерва в свои первые покои прямо к бассейну. Пресная водица очень кстати, куда я сразу и нырнул. Зал недолго пустовал, сперва служанка вылезла поглядеть, что за шум, затем целый табун их набежал вместе с беловолосыми рабынями.

Омбер появился только спустя сорок минут. Взмыленный, возбуждённый, дёрганный. Вид такой, будто всё у него валится из рук.

— Когда мне доложили о пропаже, я решил, что всё, — начал он после приветствия. — Что б вы понимали, владыка, это лучшие представители высших родов. По–вашему дочери самых знатных, принцессы, если так яснее. За них и мне голову оторвут. А уж о Николь и говорить нечего. Её выпорют до смерти на главной площади.

— В рамках обучения мне нужны другие условия, задолбал ваш скучный зал, — отвечаю важно, опираясь спиной в воде на бортик. — Я их не украл, сводил покупаться. Всех вернул в целости. К тому же в чём такая суета, если все они готовятся идти на смерть?

Покривился дед на это и уселся в кресло неуклюже.