В теле пацана. Книга 5. Артефакты Дракона

В полночь у них ритуалы под небом, так и засечём их логово.

— То есть весь день мы должны бесполезно где — то прошататься? — Возмутилась Имира.

— Не бесполезно, будем спать, — предложила Еша деловито, распластавшись прямо на земле, как тряпочка, и зевнула. Так, мать её, заразительно.

— В общем так, — оглашаю план действий. — Упускать из виду прииски нельзя, если через эту тропку пойдут обратно к лодке, мы сцапаем товарища и допросим. Поэтому до вечера нужно организовать слежку. В первой смене я с Ешей. Остальные на Утёс отдыхать и кушать. Ольви, двоих перенести должна спокойно.

— В двенадцать нас сменит Имира с Нелли.

— Я с ней не хочу! — Пошли капризы от «кошечки». — Давай я с тобой останусь.

— Мы не в семейном, млять, путешествии и не на пикнике, — выругался.

Нелли ушки прижала, надулась.

— Вторая смена Имира…

— Да я одна справлюсь, Крис, — хмыкнула суккубка, в свою очередь тоже не желая сидеть здесь с фелиской.

— В полуденное время одного хватит, — вмешалась Ольви. — Днём здесь такая жара, что даже рабов в пещеры загоняют. Никто не будет шастать под пеклом.

— Хорошо, Имира, сидишь до пятнадцати часов одна. Дальше смена Ольви и Нелли. Ольви со мной на связи, до вечера в любой момент за мной переместишься, если запахнет жаренным. Полностью группу перемещаю в восемь вечера.

— Лучше в семь, — предложила магичка.

— Только один момент, — спохватился. — Я лучше с вами метнусь, поесть нам с Ешей чего возьму. Так, командир воздушного флота!

— Я! — Подскочила гарпия.

— Наблюдай за рудниками, в драку не лезь, я скоро.

— Крис, всё будет в лучшем виде! — Отчеканила гарпия и снова зевнула сладко.

Прошвырнулся на Утёс. У нас утро раннее, все только просыпаются. Гарпию одну оставлять рискованно, поэтому я зашевелился быстро. Погнал на кухню сразу же, завернул нам мяса, хлеба и овощей. И отчалил обратно.

А гарпии и след простыл!

— Крис, я тут! — Окликнула. Ха!

Уже на высоком пригорке, в стороне от нашего, под магией скрытности амулета сидит и взирает. Поднялся и я. Глаза слипаются, веки тяжёлые, но кушать хочется больше. С отличным видом на оба рудника организовали с ней пикник. До раскопок метров по шестьсот — семьсот. Нас они вряд ли видят среди кустиков. Периодически посматриваю через бинокль на всё это безобразие. Так даже можно людей рассмотреть. А Еша без всякой оптики видит ещё детальнее, когда обратила внимание на кур в клетке, я аж охренел, ибо через бинокль такое едва — едва удалось рассмотреть.

Если прислушаться, то доходящий сюда монотонный звук это не что иное, как стук инструментов о камень. Вкалывают каторжники по полной программе. Да их там сотни, если не тысячи. Писец, народа кишмя кишит.