В теле пацана. Книга 5. Артефакты Дракона

— Это клинок генерала трёх армий Сехмет великой Уцарии Эрас рода Хайт, — констатирую.

Сглатывает слюнку, смотрит теперь умоляюще и с надеждой.

— Да, Шейла, да, — отвечаю на немой вопрос и дальше с торжеством в груди, как, сука, император: — Ты должна мне жизнь свою, потому что я убил ту самую мразь, которая лишила жизни многих ваших соплеменников на протяжении сотни циклов. Самых любимых, самых родных. Срубил голову её же клинком, когда она ползала у моих ног на коленях без глаз и просила пощады. Вы все клялись отомстить ценою жизней. Так вот уже не надо. Я сделал это за вас. Теперь ваши жизни принадлежат мне. А коль так, распоряжаюсь ими я! Поэтому приказываю вам жить дальше, и больше, млять, не пытаться убиться о мой клинок или копьё! Понятно тебе, Шейла⁈ На хер мой напороться только разрешаю.

Глаза вытаращила. Уф, точёное тело, пышные округлости, красива зараза. Только что пользовал, как вздумается, а не налюбуюсь.

Снова сладость таится в паху.

Стоит первый клинок Кусубата, как вкопанная статуя, переваривает информацию. А я купаться пошёл.

Надо отдраить тело хорошенько. А то хрен «тигрице» докажешь, что мы не трахались. Ах да! И партнёршу тоже обязательно нужно вымыть. Сам займусь.

— Шейла⁉ — Окликаю, малость поплескавшись.

— Да, Крис, — отвечает вроде бы спокойно.

— Так и будешь там стоять, клинком этим затылок чесать да в попе ковыряться?

— Не стоит так о «Мраке», на нём кровь моих сестёр и предков, — заявляет.

— Вампирской теперь не меньше. Сколько можно хандрить⁇ — Стону.

— Да иду я, — говорит неожиданно ворчливо и дальше уже приподнято: — Честь великая мне теперь. И стану моему!

— А праздник будет? — Спрашиваю, хитро поглядывая на ожившую, наконец, суккубку.

— Устроим, — отвечает с улыбкой, приближаясь грациозно.

Глава 31. Веселье в стане Шейлы

Мы благополучно вернулись в стан, успев свалить из купальни едва до появления стражи, решившей выяснить, что там были за вопли на всю Длань. А может, и по наводке примчали, кто их знает.

Я думал, все её обещания — это сарказм. И стоит нам прибыть обратно, нас выгонят в шею. Эта мысль билась с другой. Они мне за смерть Уцарии непомерно должны. Хорошо, что Шейла перестроилась. Пусть и ценою того, что смотрит на меня теперь чуть ли не как на божество. Которому и проигрывать было не стыдно, оно и не считалось, ибо она, как дитё не ведала, что творила.

Вспоминаю битву в шахте, когда я сам не совсем ведал… мне очень повезло. Уцария сильно недооценила меня и мою связь с «Драконом».

А теперь весь стан Шейлы гуляет, узнав от неё такую новость. Зарезали кучу домашнего скота, к вечеру костров по городу светится, что звёзд. Запахи вкусные витают, смех, веселье, танцы под барабаны на улицах.