В теле пацана. Книга 3. Путешествие в Градир

И рублю с размаха по шее, затаив дыхание.

Башка отлетает, как миленькая вместе со шлемом. Фухх. Я было подумал…

— Да что б ты сдохла, тварь, — шпилю зло.

И чувствую, что вокруг меня происходит странное!! Броня перламутровая осыпается шариками того же болотного цвета, походящими на стальные подшипники размером с горошины. Сперва со шлема, обнажая белобрысую башку старца с синими кристаллическими глазищами. Затем ссыпается с дряхлого тела в нательном белье гнилого цвета, перебинтованном с ног до шеи ещё и серой бечёвкой.

Броня его, полностью ссыпавшаяся в шарики, начинают скакать по травянистой земле, будто от асфальта отталкиваются. И это явно не нормально! Ещё с таким характерным стеклянным звоном. А затем начинают врезаться с бряцаньем в лезвие моего меча, пропадая в нём!!

— А ну брысь! — Вскрикнул, пытаясь увести клинок. Но шарикам хоть бы что, только сильнее скачут, настигая цель.

Чувствую дополнительную тяжесть. А ещё мимолётное торжество. Похоже, это очередная нано — штука, которая признала меня своим хозяином!

Или она признаёт своим хозяином того, кто обладает «Синим мраком»? Логичное объяснение. Пора перестать льстить себе."

"Подхожу к магу огня, продолжая принимать на клинок живые шарики. Звук, как град по карнизу барабанит. Клинок уже килограммов под десять набрал. И это с учётом того, что я золотую броню на руку перелил, ибо снова засаднил ожёг от дневных испытаний.

Увидев меня в упор, маг поторопился и с остервенением вырвал стрелу, кровь из дыры полилась чёрным фонтаном. Но он всё равно попытался, что — то там хрипло наколдовать. Идиот, он даже контур не сляпал.

— Заклинание с больным горлом не выйдет, батенька! — С этими словами я легко срубаю ему одну руку, бедолага валится на колени.

Затем сношу вместе с частью плеча вторую безвольно уже висящую лапу. И хватаю за шлем, чтоб не упал.

У этого мага такая же сплошная броня — презерватив, и последующее явление меня не удивляет. С отделённых конечностей ссыпаются бордового цвета перламутровые шарики и всасываются также в клинок. Который становится практически неподъёмным!! Млять, что за диверсия!

Отпускаю рукоять, ничего не поделать.

Перехватываю мага за горло золотой перчаткой, пальцем с когтем вгрызаюсь в дыру, которую пробил болт. Ковыряю там пальцем, входя всё глубже, и чую, как тварь мучается. Жму, сильнее, и чувствую, как сминается броня, а затем и вовсе рвётся, теряя свою прочность. Только сейчас до меня доходит, что в разных местах она у него разной прочности: где неподвижные части тела, там твёрдая, где подвижные — мягкая, пробует ли уплотниться при опасности, пока не уверен.

Или это упырь просто не умеет ей управлять.

Вот почему Лихетта и пробила шею. Здесь помягче.