Академия Крылатых, или В пекло тебя, дракон!

А когда набилась на партию в трик-трак, имя представителям тривиальной расы назвала, понятное дело, не свое, а первое пришедшее на ум.

Между прочим, чтобы мне до неузнаваемости изменить свою внешность, было полностью моей придумкой. Папа со своим ыркой даже восхитились, они-то собрались меня на дело отправить, как есть. То есть, как фэссарину Хэллию – единственную дочку уважаемого фэсса Сенфрида.

Но мне как-то не улыбалось, чтоб потом про мои игры с орками пошли слухи на всю столицу. Мне еще, между прочим, замуж выходить! А после такого скандала пусть туда явно заказан.

Сейчас у меня были каштановые волосы и миловидное – но совершенно не мое истинное! – личико, чтоб я показалась им лёгкой добычей. А вот фигура осталась почти прежней. Метаморфность пришлось вываривать в спешке, так что заложить туда кардинальные метаморфозы с собственным телом я попросту не успела.

А зря – глядишь, было б у меня сейчас, к примеру, под пятьдесят кило лишнего веса, орки во главе с Ыхгрыгом не возжелали бы танец семи покрывал в моем исполнении. Хотя, может, наоборот – кто их, этих оливковокожих, разберет.

Хотя, пожалуй, тут все предельно ясно – если я немедленно не приступлю к исполнению проигранного желания, кушать меня начнут прямо сейчас. И даже, наверное, без соуса.

Эх, где наша не пропадала?!

Я вскочила на свой стул, а затем и прямо на стол, подобрав платье, благо, оно было легким и исполнению этого финта не помешало.

Разговоры в «Эльмгостском креоле» как-то резко стихли, и внимание всей таверны обратилось ко мне. Даже орки, раскрыв от удивления клыкастые рты, глазели на добропорядочную фэссарину, крутившую юбками прямо пред их плоскими обезьяньими носами.

Дриадрья мамочка, это какие-то неправильные орки! Судя по реакции на меня их главаря – совсем не правильные. И очень даже может быть, одним танцем я не отделаюсь!

А вот это уже полный…

Фух!"

"Краем глаза я увидела раскрывшуюся неподалеку прорезь в пространстве, сделанную специально для меня, и оттого не видимую больше никому не видимую. Она гостеприимно манила меня к себе. То есть в себя. То есть пройти через себя и оказаться подальше отсюда.

Все-таки папа вспомнил, наконец, о своей отданной на растерзание злобным оркам дочери и развернул спасительное действие плана «Б». Который означал одно – сматываться отсюда, и как можно скорее!

Правда, злобными в данный конкретный момент орки не выглядели. Совсем наоборот – такими… полными грез, я бы сказала.

Было только одно но – переливаясь всеми цветами радуги, прорезь колыхалась прямо над соседним столиком, где проводили досуг темноволосый красавец-дракон и его белокурая спутница. Но в свете последних событий я сочла это мелочью, недостойной внимания.