Академия Крылатых, или В пекло тебя, дракон!

Обруч с драконом внутри пошел по рукам – в том числе и рукам темноволосого драконьего магистра, который лишь пару мгновений подержал его в красивых сильных пальцах, после чего передал профессору некромантии.

– Почему вы хотите именно на факультет артефакторики? – поинтересовался последний. – Ведь драконы обычно становятся боевыми магами....

– Просто меня с детства к этому тянуло, – застенчиво призналась я.

– А как у вас с некромантией? В вашем тесте парочка неправильных ответов. Расскажите-ка мне про классификацию умертвий по Алеову Арси?

– С удовольствием, – обрадовалась я.

Совершенно искренне, между прочим. Про умертвия и про самого Алеова Арси я к этому моменту знала даже больше, чем про некоторых своих родственников.

Было еще несколько несложных вопросов от других преподавателей, на которые я легко ответила.

И на этом вроде бы… Все?!

У меня получилось!

– Что ж, фэссарина Торина Брандожил, – серьезно начала ректоресса, и мое сердце ушло в пятки. – На испытаниях вы показали себя весьма достойно, потому приемная комиссия в моем лице рада вам сообщить, что вы приняты в Эльмгостскую Василевскую Высшую Академию. Сегодня по месту вашего проживания будет выслано письмо с дальнейшими инструкциями.

– Благодарю, – почтительно сказала я. – Я несказанно рада стать частью этого учебного заведения.

Дриадрья Праматерь, и вы все даже не представляете, насколько!

Присев в вежливом реверансе, я повернулась и пошла, стараясь не выдать своей истинной реакции, которая была очень близка к реакциям орков в таверне.

– Фэссарина Брандожил?

Высокомерный голос драконьего магистра заставил меня остановиться, мысленно припомнить Дриадрью Праматерь, мировое древо, великое пекло, шиликунов и шишигу вместе взятых, и только потом обернуться.

– Да, фэсс проректор?

– У вас красивые локоны, – внезапно проговорил дракон. – Эти розы в волосах…

Я нахмурилась и машинально прикоснулась к своим фальшивым рыжим локонам. Честно говоря, я вообще не помнила, как сооружала сегодня прическу – мне было не до того.

– Сначала бутоны… – продолжил Аэлмар, и я отчетливо поняла, что это поэтическое отступление не к добру. – Но после того, как вы применили свою магию и сотворили артефакт, они расцвели прямо на глазах. Удивительно, правда?

Дриадрья Праматерь, а вот сейчас было обидно. Ведь это надо же было – на такой мелочи проколоться…

– Что ты хочешь сказать этим, Джерласс? – удивилась фэсса ректор.

– Что вы только что приняли в академию дриаду, а не драконессу, – со скучающим видом пояснил дракон. – Будьте добры вернуться, фэссарина Сенфрид, и рассказать ректору о своем обмане. Ах да, и не забудьте принять свой истинный облик, дабы более не вводить окружающих в заблуждение.