Хочу тебя в долг

Ловлю себя на крамольных мыслях. Краснею. Пытаюсь протрезветь от гремучей смеси эмоций.

Напрасно. От этого спасения нет. Проклятье. От него спасения нет. В пропасть утягивает, в бездну увлекает.

— Что ты вытворяешь? — спрашиваю судорожно, утыкаюсь ладонями в мощную грудь и вместо того, чтобы оттолкнуть, отпихнуть от себя, провожу пальцами ниже, двигаюсь по рельефному животу, покрытому волосами.

Мне ведь такое не нравилось. Никогда. Все эти мускулистые самцы совсем не привлекали, казались тупыми качками. Но он… другой. С ним иной расклад.

Ох, черт, как же тут выстоять? Как сопротивляться?

— Занимаюсь твоим восстановлением, — невозмутимо произносит Амир.

А потом переворачивает меня на живот и устраивается сверху, уверенно зажимает мои дрожащие бедра своими, будто седлает, сдавливает в капкане крепких мышц. Теперь бесполезно дергаться. Даже опасно. Вздыбленный член вжимается между ягодицами, точно готовится идти на таран. Нас разделяет слишком мало слоев ткани.

Хотя разве ткань защитит? Разве хоть что-то на свете защитит? От этого психа и бронированный бункер не спасет. Хищник настигнет добычу. Сожрет.

— Я делаю тебе массаж, — невозмутимо поясняет мужчина.

И начинает меня лапать. Довольно умело. Разминает плечи, спину. Растирает руки. Его пальцы заставляют напрочь позабыть о боли.

Очень быстро я начинаю чувствовать то, чего совсем не желаю и не прошу. Он странно действует на меня. Безумно. Ненормально. Я не должна испытывать такое. Не должна. Нет, нет, нет. Тянет разрыдаться от своей жуткой испорченности.

Низ живота простреливает тягучая судорога.

— Хватит, — выдаю я, едва разлепив губы. — Я в порядке.

— Не дергайся, — хмыкает. — Драть не стану. Разомну и отпущу. Потом в кровати поваляемся. Мне тоже в лом на трассу переться. Уж лучше отоспаться.

— Ты… собираешься спать здесь?

— А где еще? — бросает издевательски. — И тебя погрею, и сам не замерзну. Говорю же, бояться нечего. Я болтом управляю, а не он мной. Расслабь жопу. Насиловать не буду.

— Знаешь, я передумала, — произношу лихорадочно. — Твой массаж помог и мне уже гораздо лучше. Да и если мышцы ноют, то надо их снова нагрузить, просто чуть осторожнее. Поэтому стоит опять отправиться на склон, потренироваться, закрепить полученные вчера навыки.

— Уверена? — склоняется надо мной, затылок дыханием опаляет, накрывает грудь здоровенными ладонями, поглаживает, заставляя соски затвердеть.

Живот сводит спазм. Из меня выделяется влага. Между бедрами не менее мокро, чем в ту чудовищную ночь, после приема наркотиков.

— Это точно массаж? — в горле пересыхает.

— Моя техника, — заверяет Амир.

Его зубы слегка царапают мою шею сзади. Прикусывают кожу, пробуждая мелкий озноб. Точно зверь. Дикое и одержимое животное.