В тайге ночи тёмные

— Да, знаю, — резко обернулась, — дядя Коля друг отца, они вместе работали, когда папа еще жил в деревне.

— И сына его тоже знаешь? — глаза вдруг опасно потемнели.

— Ну, мало ли. Вы здесь одни. А тут заявляются какие-то левые мужики, причем как к себе домой.

— Открою тебе секрет, — усмехнулась, — ты здесь еще более левый мужик, чем они. Дядя Коля не раз выручал нас, когда Пашка был крошечный. То в город возил, то лекарства нужные доставал. Он человек свой.

— Это я уже понял. Я про сына его спросил. С ним тоже знакома?

— Нет, лично не знакома, но наслышана. Дядя Коля очень гордится им, так что, много чего рассказывал.

Конечно же, Соколов заметил заинтересованный взгляд чужака, которым тот окинул Лизу, от чего внутри аж засвербело, закололо. Она ему понравилась. И сдается, не просто так сюда пожаловали эти охотнички. Папа привел сынка поохотиться, да не на кабанчиков.

— Чего это ты так напрягся? — заметила, как вена на его шее вздулась.

— Зато ты, смотрю, как-то очень расслабилась, — подался вперед, уперся руками в столешницу.

— Только не говори мне, что ревнуешь. Сам Евгений Федорович, тот, за кем девицы бегают табунами, и вдруг в ревность ударился?

— Если замечу, что этот тридцатидвухлетний именинник и гордость своего отца оказывает тебе знаки внимания, учти…

— Если посмеешь обидеть наших гостей, вылетишь отсюда быстрее дробины. Уловил? Ты не всесильный, Соколов, ты здесь не царь и не бог, ты здесь вообще никто. Мужик, чудом выживший после авиакатастрофы, вот кто ты. И ни на меня, ни на Пашку ты никаких прав не имеешь.

— Не зли меня лучше, — склонился к ней, вдохнул аромат кожи.

— Иди лучше, пообщайся с народом. Прояви свой недюжинный ум. А то примут тебя за повариху.

— Ты изменилась, Лиза, — засопел.

— Естественно. Я повзрослела, стала матерью. А та дурочка, что надеялась на «долго и счастливо» со своим боссом, которому всегда было срать на его женщин, а особенно каких-то жалких секретарш, осталась там, далеко в прошлом. И да. Без меня ничего не рассказывай Паше.

— Не расскажу, но буду ждать ровно до того момента, как эти, — указал в сторону двери, — уйдут. Потом мы все сядем, и Пашка узнает правду.

— Он еще слишком маленький, — покачала головой, — не жди, что сразу же кинется к тебе на шею с криками «папа вернулся».

На что Соколов еще сильнее раздул ноздри, но смолчал, после чего отправился к гостям. Хоть это были и не его гости, хоть и он сам здесь был фактически гостем.

А Лиза неожиданно осознала, что между ними происходит какая-то глупая игра. То они спят вместе, то ругаются, то спят, то ругаются. Бред, честное слово. И пора с этим бредом завязывать. Соколов, как и ожидалось, чрезмерно наглый, бескомпромиссный и через край напористый.