Осень в Сокольниках

— И вы, конечно, Олег, ваши показания нам очень важны.

Они прошли мимо милиционера, проводившего их внимательным взглядом, и поднялись на третий этаж.

— Олег, — попросил Калугин, — если вам не трудно, подождите в соседнем кабинете.

Калугин и Суханов вошли в комнату, и Валентин увидел плечистого высокого мужчину, летевшего с ним в самолете. И внезапно еще неясная догадка мелькнула в голове.

— Здравствуйте, Суханов. Садитесь. Курите.

— Здравствуйте. — Валентин взял со стола сигарету, закурил.

— Я очень рад, Суханов, что вы пришли с повинной, рад, что помогли нам.

Валентин молчал, жадно глотая дым.

— Мы внимательно ознакомились с вашим делом. Непричастность к ограблению дачи Муравьева Валентином Сухановым доказана полностью.

— Так, значит…

— Да, будем считать, что мы бежали из колонии вместе с вами.

Суханов ничего не ответил. В кабинете повисла тишина. Вадим не нарушал ее, давая Суханову возможность подумать.

А думать ему предстояло о многом. Слишком даже.

Орлов понимал состояние этого человека. Но вместе с тем он понимал, что Валентин Суханов, бежав из лагеря, теперь не просто человек, оправданный по первому делу, но и преступник, совершивший свой проступок обдуманно и сознательно. И не важно, какими мотивами руководствовался он, совершая его.

— Валентин Андреевич, возьмите ручку и бумагу.

Суханов взял.

— Теперь пишите. Явка с повинной. Написали? Так, хорошо. Ниже. Я, Суханов Валентин Андреевич, осужденный.

Суханов писал, а Орлов думал уже о разговоре с Кольцовой.

Наконец Валентин расписался.

— Кажется, все.

— Прекрасно, разрешите, прочту.

Орлов быстро пробежал глазами бумагу.

— Вы все вспомнили?

— По-моему, да.

— Теперь так. Лейтенант Стрельцов отвезет вас домой. Ваша мать предупреждена. Вы пока, до решения прокурора, будете находиться дома. Лейтенант Стрельцов погостит у вас некоторое время. Вы не возражаете?

— Нет. — Суханов усмехнулся, он подумал, какие аргументы смог бы выдвинуть для возражения.

— Прекрасно, Валентин Андреевич, я верю вам, но тем не менее. Я не просто частное лицо, я представитель закона. И поэтому хочу сказать вам, что любая ваша попытка выйти, даже на лестничную площадку будет пресечена. По-моему, вы убедились, что мы умеем работать, — Орлов поднял трубку. — Стрельцов, зайдите. Возьмите Кудина, Алеша, и поезжайте. Я позвоню вам, — сказал он вошедшему лейтенанту.

Стрельцов вышел, и сразу же распахнулась дверь и вошел Кудин.

— Товарищ Орлов, мы тогда не так поговорили, я не знал…

Он еще говорил что-то много и сбивчиво, благодаря и радуясь.

Вадим смотрел на него, усмехаясь, потом прервал:

— Слушай, Чума, не сердись, что я тебя так называю. Помни, что люди живут по одним законам, а такие, как Алимов, по другим. Ты пришел к нам и стал жить как все.