В плену снов

А потом, спустя считаные мгновения, она лежала на спине, чувствуя на себе невыносимо тяжелое тело этого юнца, все шептавшего ей: «Ну и как было? Ничего, а? Господи, это было клево!» В самом деле? Она даже не была уверена, это произошло у него по-настоящему, кончил ли он в нее или же произошел, как это там называется… преждевременный выброс, что ли, или как там еще.

Сэнди. Ей удалось вспомнить его имя, но лицо стерлось из памяти. Красивые волосы… Вот и все. Остальное представало каким-то расплывшимся пятном.

Музыка прекратилась, и она отстранилась от Кена. Их глаза встретились.

– Ты очень привлекательный, Кен. Не искушай меня.

– Я?! Да я просто танцую, – сказал он, но его глаза неотрывно глядели в ее глаза. – Я бы хотел переспать с тобой.

Она покачала головой:

– У нас отличные отношения, Кен. Давай не… – Она пожала плечами. – Я должна быть сильной именно сейчас. Я должна быть сильной, сохранять голову ясной… так или иначе. – Она крепко обняла его. – Я не сомневаюсь, заниматься с тобой любовью – самая замечательная вещь на свете, но я не могу, понимаешь? – Она мягко коснулась зубами мочки его уха, а потом отстранилась. – Давай присядем и выпьем.

Шампанское уже стояло на столе, и он разлил им понемногу. Они чокнулись бокалами и выпили, Кен закурил новую сигарету.

– Мне казалось, что отношения между тобой и Ричардом… – начал было он.

– Не такие уж блестящие, – закончила она. – Не знаю, что с ним случилось. Он так сильно изменился за последние несколько месяцев.

– Что ты имеешь в виду?

– Он стал другим человеком. Я не знаю, оттого ли это, что… – Она уставилась на пузырьки в бокале. – Есть один довольно странный тип, с которым Ричард ужасно подружился. Не знаю, может, он заимел над ним такую власть… вроде какого-нибудь Свенгале[16].

Кен скептически нахмурился.

– Да-да, Кен, именно это я имею в виду. Он все время разговаривает с ним по телефону. Раньше он отстаивал собственное мнение, казалось, с этим всегда было все в порядке, а потом этот тип, Андреас Беренсен, дал ему в прошлом году то ли совет, то ли сведения, полученные частным путем, которые подтверждались, и Ричард наварил на этом уйму денег, ну и теперь он, можно сказать, даже в сортир не ходит, не спросив у своего дружка на то разрешения.

– А кто он такой, этот Андреас Беренсен?

– Директор одного из швейцарских банков. – Она пожала плечами и выпила еще немного. – Может быть, я просто нервно реагирую на него. Может, дело вовсе не в нем… а во мне. Возможно, Ричард попросту больше не считает меня привлекательной. Он пьет чертовски много. Иногда я думаю, не нервное ли истощение у него. – Она печально улыбнулась. – Я… я чувствую, что это серьезно, что я просто обязана быть рядом. И обязана быть сильной.

– Ну, Ричард – парень везучий.