В плену снов

О'Коннел подался вперед:

– Видите ли, Сэм, может быть, этот сон действительно означает что-то в вашей жизни, но совсем не то, что вы думаете. Ведь возможно другое истолкование: вы отказались от карьеры ради Ники, но, поскольку роды были трудными, вы больше не можете иметь детей. Может быть, глубоко в своем подсознании вы испытываете гнев к нему и ощущаете, что если бы не он, то…

Сэм уставилась на Бэмфорда в полном изумлении, стремительно перерастающем в возмущение.

– Вы хотите сказать, что дело во мне? Что это я дала мальчику ружье?

– Я в данный момент говорю не о том, что вы на самом деле испытывали именно такие чувства, я только хочу показать вам возможные альтернативы, варианты, которые будет нащупывать психоаналитик, пытаясь выявить истинную причину этого сна. Ваши сны свидетельствуют о том, что у вас есть сложные проблемы. Отметая их от себя, как необоснованные предчувствия, вы как бы игнорируете их истинное значение, так сказать, заметаете мусор под ковер с глаз долой. Ведь куда проще отмахнуться от них, как от мучительных предчувствий, чем отважиться понять их подлинный смысл."

"– Вам не кажется, что вы пытаетесь упростить проблему, сведя все к расхожему фрейдистскому толкованию? – холодно спросила она.

– Я не пытаюсь ничего упрощать. Но вам, Сэм, необходимо понять, что значат на самом деле ваши сны. – Он аккуратно положил позолоченную авторучку на стол и поправил ее, чтобы она не укатилась. – Наша жизнь – это постоянное балансирование на грани здравомыслия и безумия. Большинство из нас выбираются из этого нормально. Когда мы бодрствуем, мы держим свои эмоции под контролем, но они выплескиваются наружу в наших снах: ревность, боль, крушение надежд, огорчения, гнев, страстные желания и прошлое. Самое важное – это прошлое. – Он сообразил наконец, что авторучка отвлекает внимание Сэм, и убрал ее в стол. – Папа делает это с мамой, и я тоже хочу делать это, но если он застукает меня, то мне не поздоровится… Или вот в вашем случае: у папы такая здоровенная пипка, а у меня какой-то крошечный бугорочек, стало быть, я его хуже… ну, вы понимаете, да? Первобытные оценки и тому подобная мура?

Она слабо улыбнулась.

– Ну а что касается сна о спуске в метро… вы рассказали его очень хорошо. Он прозвучал как строгое изложение фактов. Я легко мог проследить за вашим рассказом. – Он развел руками. – Но не понимаю его смысла. Видите ли, в этом сне, по всей вероятности, полно символов, которые могут быть понятны только вам.

Он замолк и посмотрел на Сэм с неожиданным смущением. Поерзал в кресле, потом наклонился вперед, положив локти на письменный стол и подперев подбородок.