Кодекс Крови. Книга V (СИ)

Причём, злиться за это на него нельзя было, ведь печать на послании была поставлена таким образом, чтобы сообщать адресанту о вскрытии. Это означало лишь одно. Либо Михаил каким-то образом находился за пределами страны либо был вне всеобщего доступа.

Когда перед лицом императора осыпался белый пепел, Пётр Алексеевич выдохнул с облегчением и принялся ждать. Письмо доставлено и вскрыто адресатом. Спустя полчаса нетерпеливого ожидания император стал терять терпение. Внезапно дверь его кабинета со стуком впечаталась в стену, и в зал вихрем влетела его дочь Мария. Глаза её метали молнии, а лихорадочный румянец на щеках не предвещал ничего хорошего:

— Пап, это тебя! — протянула принцесса мобилет.

— Кто? — одними губами произнёс император.

— Княгиня Виноградова и графиня Комарина Кирана Юрьевна, — представила, словно выплюнула, титулы сестры Михаила Мария.

Петру Алексеевичу же ничего не оставалось, кроме как взять мобилет. Несколько минут он слушал мелодичный завораживающий голос, не перебивая, а затем неожиданно для самого себя ответил:

— Через час ждите в гости, Кирана Юрьевна. Мне уже не терпится познакомиться с вами.

У принцессы от услышанного округлились глаза, и совершенно неаристократично открылся рот. Неужели её отец сейчас флиртовал?

Глава 14"

"Пётр Алексеевич прибыл в Хмарево свитками перехода вместе с собственной охраной. Дочь император оставил в столице, несмотря на все её уговоры, больше похожие на банальную истерику. Ранее всегда рассудительная Мария отчего-то резко невзлюбила сестру Комарина, хотя объективных причин для этого не было.

— Ваше Императорское Величество, прошу следовать за нами, — вежливо пригласил императора один из бойцов графа Комарина, указывая на свободные снегоходы. Пётр Алексеевич сам с удовольствием катался на таких в редкие минуты зимнего отдыха, тем неожиданней было увидеть подобную недешевую технику здесь. Как-никак, одна из недавних разработок. Неплохо так живут вассалы. За чей счёт банкет? В этом месте император одёрнул себя, напомнив о десятилетнем долге Министерства обороны перед Комариными. Все эти годы они жили и верно служили, не предъявляя претензий, так неужто он смеет попрекать их обновлением автопарка?

Император имел цепкую память и подмечал различные мелочи, не спеша с выводами. Вот и теперь предпочитал дождаться приватной беседы с собственными вассалами. Ну и чего уж отпираться, немаловажным фактором для него стала личная просьба сестры Михаила прибыть для помощи в решении щекотливого вопроса международного масштаба. Настораживало только, что сам Михаил не связался с сюзереном.

Ехали недолго. Видимость всё ухудшалась из-за неожиданно начавшегося снегопада. Ехать по лесу приходилось практически на ощупь.