Шаг в палеолит

Если в нижней части оно было, например, сорок миллиметров, то к концу колена – около тридцати семи миллиметров. Потом шёл массивный межколенный узел, от которого отходило три геометрически правильно расположенных отростка с небольшими узорчатыми листьями. Следующее колено резко сужалось и начиналось уже где-то от тридцати миллиметров. А следующее – уже с двадцати. Длина колен тоже резко варьировалась. Если первое колено было длиной сантиметров восемьдесят, то следующее – уже около шестидесяти, ну и так далее. Но самым интересным было, что внутри ствола содержалось отверстие в виде трёхлучевой звезды, наподобие мерседесовского логотипа. Сердцевина не мягкая, а, наоборот, была частью ствола. Очень интересно! Растение обладало приличной прочностью, но одновременно было и хрупким. Как только, не без труда, я преодолел предел прочности, оно с хлопком разлетелось на многочисленные длинные щепы. И что ещё важно, колена были очень ровные, очень.

– Ну как? – спросил Хатак, внимательно следящий за моими манипуляциями.

– Мой друг, я почти уверен, ты принёс действительно ценную нужную вещь. Там, где ты это взял, ещё есть?

– Есть, но не слишком много. Небольшая рощица.

– Жаль. Далеко?

– Полдня пути вверх по Большой реке. Что ты будешь из этого делать?

– Мне думается, это растение много куда можно приспособить. Плохо, что его мало. Надо будет попробовать его выращивать специально, – посетила меня неожиданная мысль. – Но сначала я вам кое-что покажу. Завтра.

Эх, вспомним детство золотое. Уж и не знаю, кто первым придумал сделать из простой алюминиевой лыжной палки духовую трубку, но в результате во дворе, если ты не обладал подобным девайсом, то вообще слабо котировался в нашей тусовке. Начальная дистанция для стрельбы, с которой начиналась иерархическая лестница, составляла метров десять. С этого расстояния ты был просто обязан попадать велосипедной спицей с полиэтиленовым конусом в картошку размером с детский кулачок. А дальше – нет пределу совершенства. Я был, без ложной скромности, большим специалистом. Гораздо позже узнал, что наша детская забава на самом деле грозное оружие, унёсшее жизнь многих европейских завоевателей в Южной Америке и Экваториальной Африке.

Второе дыхание моё детское увлечение получило в армии. Я к тому моменту прослужил уже год. А дело было в том, что наш караул находился недалеко от колхозного зернотока, над которым постоянно реяли огромные стаи голубей. И всё бы ничего, если бы в один день, далеко не прекрасный для жирных, отъевшихся на чистом зёрнышке птиц, Рустам, худой мелкий узбек, отслуживший на полгода меньше меня, провожая глазами очередную стайку, сказал:"

"– Ая, какой хороший щюрьпа просто так лытает.

– А ты что, специалист? – спросил я.