Двое в лодке, не считая контракта (СИ)

Далтон приложил украшение к крепкому запястью и попытался застегнуть замок, но ремешки выскользнули, и браслет плюхнулся на столешницу, открывая супругу надпись с обратной стороны.

Пришлось поблагодарить силу притяжения и неловкость Марка, потому что Том уже думал не ждать, когда альфа догадается посмотреть украшение со всех сторон и заметит гравировку.

— Что это? — удивился Далтон. — «Будущее — результат настоящего» — торжественно продекламировал он и игриво посмотрел на омегу.

Томас облизывал верхнюю губу, предсказуемо не замечая этой своей привычки.

— «Заклинателю кофе-машин от Оленя»? Заклинатель кофе-машин! Так меня еще никто не называл. Твоя фантазия не перестает меня удивлять, — Марк бархатисто смеялся. — Ты точно уникален, Томас, — последнее Далтон шептал в ухо, наслаждаясь смущением существа в собственных объятиях. — Мне очень нравится, спасибо. Обещаю носить и заботиться о его сохранности. Не терпится узнать, что же в папке.

Далтон отпрянул от Хейли, но руку с поясницы не убрал, а свободной быстро открыл обложку и вдруг застыл."

"Даже на выставке Том так не волновался, ожидая комментарии зрителей или критиков. Точнее, в тот момент он был абсолютно спокоен, а сейчас нервная система катастрофически сбоила.

— Поверить не могу, — кажется, супруг был искренне удивлен. — Я даже не надеялся…

Томас не знал, на что надеялся конкретно Марк, но собственные мысли хаотично заметались, не ожидая такой реакции. Почему-то казалось, что Далтон просто поблагодарит и, может быть, чмокнет в щеку. Но Марк увидел в подарке что-то лично для себя, и Хейли было подумал, что его немое признание оказалось слишком очевидным. В груди все сжалось от такого предположения.

— Я заслужил портрет от самого Оленя! Сегодня точно особенный день, — Марк вздохнул и подушечкой пальца коснулся края бумаги. — Мне так хотелось, чтобы ты меня нарисовал. Ты не представляешь, как я завидовал Хантеру. Знаешь, вдохновить кого-то на рисунок… Дэвид ведь тебя вдохновил. Вот так, сразу. Я извелся догадками, с чего ты вдруг решил его рисовать.

Нешуточно зависнув, мозг Тома издал писк и перезагрузился, высветив на экране: «Я не понимаю, что у альф в голове! Инопланетяне!». Пережив диссонанс, Хейли уточнил:

— До Хантера у тебя такого желания не возникало? — нет, ну мало ли, вдруг это типичное соревнование.

— Возникало. Но обострилось после Дэвида.

— А почему не сказал, что хочешь портрет?

— Так ведь это не то! Мне хотелось, чтобы ты сам нарисовал, по собственному желанию. И ты нарисовал. Оле-е-ень, — в порыве, который Томас сначала по наивности идентифицировал как благодарность, Далтон принялся его тискать и целовать то в висок, то в щеку.

— Э-э-э, потише, — попытался увернуться от слишком тесного контакта Томас.