Бедная Настя. Книга 3. В поисках счастья

"

"— Мадмуазель Нарышкина, я полагаю, вас прислали для того, чтобы исполнять мою волю, а не для того, чтобы обсуждать мои чувства.

— Прошу прощения, ваше высочество, — Нарышкина присела в поклоне. — Мое назначение было настолько стремительным, что я не успела получить детальные указания о своих прямых обязанностях. И действовала, скорее, по велению сердца, нежели по уставу. А потому буду вам крайне признательна, если вы подскажете мне, что делать и с чего начать.

— Для начала усвойте следующее: я не могу перечить воле Императора, ибо я — гость при дворе. Но если мне представится возможность выбирать фрейлин, даю вам слово — вас в моем окружении не будет! — воскликнула Мария.

— Значит, мне придется позаботиться о том, чтобы этого не случилось, — улыбнулась язвительная Нарышкина. — А сейчас… вы позволите продолжить примерку?

Мария молча кивнула.

— Чудесный фасон, ваше высочество, — ворковала Нарышкина, пока возвращенная в комнату Марии модистка прилаживала по ее фигуре заказанное для приема платье. — Вы будете обворожительны!

— Мне всегда казалось, что важнее не то, как человек одет, а как он себя ведет.

— Но вы принадлежите к одному из самых благородных семейств Европы! — подобострастно изогнулась Нарышкина. — Хорошие манеры ведомы вам с детства.

— Дело не в происхождении, — поморщилась Мария. — Я постоянно путаю немецкие традиции, усвоенные мною в детстве, и русские обычаи, о которых я узнала недавно.

— О, между нами так много общего! — патетически произнесла Нарышкина. — Но впрочем… Знаете, есть один замечательный русский обычай, который я очень люблю. В России при встрече принято приветствовать гостя троекратным поцелуем в обе щеки. Я думаю, ваш жених будет приятно удивлен, что вы так быстро и глубоко проникли в русскую культуру.

— Троекратный поцелуй? — удивилась Мария. — Я постараюсь запомнить.

— Примерьте вот эти, — Екатерина ловко извлекла откуда-то тяжелые серебряные серьги с бирюзой. — А к ним вполне подойдет ожерелье из кораллов!

— Незнание русского языка и русских обычаев, госпожа Нарышкина, еще не означает, что я не различаю цвета или лишена вкуса, — Мария с обидой посмотрела на фрейлину, и Екатерина отвела глаза. — Это сочетание вульгарно. Благодарю вас за совет — вы свободны!

Нарышкина закусила губу и, почувствовав, что понимавшая их разговор модистка пытается скрыть улыбку, в раздражении бросила футляры с украшениями на кресло и направилась к двери.

— Как вам будет угодно, ваше высочество, — уходя, Нарышкина обернулась и снова присела в поклоне. — Только не забудьте о троекратном поцелуе. Именно так у нас привечают гостей на важных приемах. Таких, как сегодняшний.

— Я помню, — сказала Мария, даже не потрудившись посмотреть в ее сторону.