Бедная Настя. Книга 3. В поисках счастья

Незадолго до ужина к Анне заглянула служанка Вера и передала просьбу хозяйки — надеть новое платье и спуститься в ее будуар. Когда Анна вошла в комнату к мадам, то увидела там, кроме своей нечаянной покровительницы, пожилого, хорошо одетого господина, лицо которого показалось Анне знакомым.

— Аннушка! — разулыбалась мадам де Воланж. — Позвольте вам представить одного из друзей моего покойного мужа. Граф Кайзерлинг, Аристарх Прохорович!

— Очень приятно, — смутилась Анна.

— А мы с вами уже встречались, — мужчина поднялся ей навстречу и поцеловал Анне руку. — Вы, насколько я помню, воспитанница покойного барона Корфа?

Анна кивнула.

— Я помню ваше пение, оно оставило неизгладимое впечатление! А ваш голос до сих пор звучит в моей душе. Буду рад услышать вас снова!

— Милочка, — попросила мадам, — сыграйте и спойте нам, прошу вас.

— С удовольствием.

Анна прошла к клавесину и села за инструмент. Она решила спеть один из своих любимых романсов и стала аккомпанировать себе.

— Надеюсь, мне удалось угодить вашему взыскательному вкусу? — вполголоса сказала мадам де Воланж своему гостю.

— Более чем! — так же тихо ответил граф.

— Вы согласны, что эта красота дорого стоит?

— Плачу в два раза выше обычного.

— А за голос? Вы же сами им восхищались.

— Хорошо — три!

— А как же другие, скрытые достоинства? — мадам де Воланж наклонилась к самому уху графа и сказала что-то еле слышно, — …поверьте мне! В наши дни это такая редкость!

— Четыре, и на этом остановимся, — согласился граф. — Но шампанское — за ваш счет!

— Приятно иметь дело с настоящими мужчинами, — улыбнулась мадам. — Пойду, распоряжусь.

Едва хозяйка скрылась за дверью, граф подошел к Анне и обнял ее за плечи. Она с недоумением сняла руки с клавиш и вопросительно посмотрела на него.

— Продолжайте, Аннушка, что же вы замолчали?

— Но вы мешаете мне, граф.

— Я всего лишь хочу, чтобы музыка звучала более живо, с экспрессией, — граф взял ее руку в свою и положил ее пальцы на клавиши, как будто собирался учить Анну играть. — Мне кажется, эту ноту лучше играть вот так.

— Вы не расслышали меня, граф? — возмутилась Анна, отнимая руку.

— Нет, лучше вы послушайте, дорогая, как поют мои внутренние струны! — воскликнул граф и с неожиданным для его возраста пылом прижал Анну к себе. — И виноваты в этом вы, проказница! Предлагаю продолжить пение в вашей комнате. Нет? В чем дело? Ах, баловница, ты решила поиграть в невинность? И как это я сразу не догадался?

Граф попытался поцеловать Анну, но она увернулась и с силой вырвалась из его объятий.

— Ах, какая страсть! — умилился граф. — Просто огонь! Ты так распалила меня! Я не зря заплатил вчетверо больше обычного!

— Что? — побледнела Анна. — Заплатили?!

— По самой высшей ставке, — подтвердил граф.