В самое сердце

Четыре девушки сидели на диванчике, рядом двое парней. Одного из них Ярослав, кажется, знал, или по крайне мере, где-то пересекались. А возле подоконника как раз стояла Настя.

Волосы ее были распущены, хотя обычно она ходит с косичками. Солнце попадало на них, от чего пряди переливались карамельным цветом. Выглядела она сегодня особенно притягательной, будто изменилось в ней что-то. Красивая, глаз не отвести. Ярик так засмотрелся, что не сразу заметил какого-то левого парня. Тот что-то ей втирал, но девчонка старательно разглядывала текст в книге, пыталась явно сконцентрироваться.

Ветров сделал пару шагов вперед и до него долетел женский голос.

— Ой, я нормально выгляжу? — тихо говорила студентка с чернильными волосами до пояса. Ярослав знал ее — Магдалина. Пару раз пересекались, и эти же пару раз она кидала на него неоднозначные взгляды. Однако в отличие от многих, не подходила. Видимо считала это выше собственного достоинства. Но и Ветров подходить к ней не хотел. Слишком самовлюбленная. От таких только проблемы.

Стоять дальше и наблюдать, как павлин пытается распустить хвост перед Настей, Ярик не мог. Опять ревность. Почему-то последнее время это чувство преследовало по пятам. Душило, раздражало, драконило.

В итоге Ярослав подошел к соседнему подоконнику, скинул рюкзак, поставил два стаканчика и коричневый пакетик с булочками. Калашникова его не видела, смотрела в свою книгу. А вот парень то и дело пытался заглянуть Насте в глаза, голову наклонял, переходил, с одной стороны, на другую.

— Ты сегодня особенно красивая, — выдал элемент мужского пола. На что Ветров громко цокнул. Он уже успел сдать куртку в гардеробной, поэтому был налегке. Закинул руки в карманы темных скинни, и подошел вплотную, едва не касаясь основания книги, которую держала в руках Калашникова. Сейчас рассматривая парня ближе, Ветров припомнил. На первом курсе они пересекались в команде по баскетболу. И уже тогда парнишка заискивал, но казался противным.

— А ты сегодня особенно внимательный, — огрызнулся Ярослав, не в силах больше сдерживаться. Врезать бы этому недоКазанове по личику, а то слишком много болтает.

— О, Яр! — воскликнул… точно, его звали Демид. Настя тоже моментально отреагировала: книгу опустила, голову повернула, глазки ее в изумлении расширились, а губ коснулась легкая улыбка.

— Сколько лет, сколько зим, — пропел парнишка.

— Вы знакомы? — влезла тут же Магдалина. Калашникова перевела на нее взгляд, и почему-то приуныла.

— Дем, давай а, по-братски, пару шагов сделай от моей девушки, — немного грубо, но в то же время серьезно высказал Ветров. Махнул рукой, жестом показывая, чтобы тот отступил.

— А? В смысле… это… ну типа… что? — выдал какой-то несвязный поток слов Демид.