В самое сердце

Настена сглотнула, подняла голову и решила, будет биться, кусаться, если придется. Но просто так в руки этому человеку не дастся.

И в этот момент, будто сам Всевышний услышал ее волю. Потому что чья-то мужская горячая ладонь легла на талью, притягивая к себе. Послышался судорожный вздох, от которого по коже у Насти побежали мурашки. Знакомый аромат парфюма. Можно было и не поворачиваться. Ответ лежал на поверхности. И от этого сердце пропустило удар, сильный, волнующий, безумный, и в какой-то степени дышать стало легче.

— Что у тебя с телефоном? — Прошептал знакомый голос.

— Прости, Ярик, — кое-как выдавила из себя Настена. Страх все еще держал, но уже не так сильно. — Видимо что-то со звуком.

— Какие-то проблемы, ребят? — ледяным тоном произнес Ветров. Уверенности в нем было хоть отбавляй. Казалось, что парни играют в «гляделки», а в их глазах полыхают молнии.

— Привет, народ, — послышался еще одни знакомый голос. Тема подошел, уселся рядом с Юлькой, а потом и вовсе приобнял. Комарова не стала сопротивляться, чуть придвинулась и даже больше — чмокнула Иванова в щечку.

— Понятно, пошли, Мих, — выдохнул в итоге Вадим. Еще раз скользнул по Насте, а затем развернулся и направился прочь.

Состояние было крайне тяжелым, если не отвратительным. Тело немного трясло, и Настена бы упала на пол, если бы Ярослав не держал ее так жестко, и в то же время так нежно.

— Сядем? — шепнул он на ушко. Кожу от его дыхания, словно обожгло. Водички бы, да по холодней.

— Сядем, — кивнула Настя.

Уселись напротив Юльки с Темой. Оба напряжены, и оба почему-то отвернулись друг от друга. Настена просто стеснялась, а почему Ветров смотрел в другое направление, ответа не было.

Иванов первый заговорил, начал какой-то анекдот рассказывать, потом вообще опомнился, что не представился. Комарова рядом с ним прямо-таки расцвела. Улыбалась, глазками хлопала. Явно уже и забыла про своего ненаглядного, ради которого и устроила весь этот спектакль.

Композиции в зале сменялись, а потом неожиданно заиграла песня со словами. Хит далекого двух тысячи десятого. Ремикс, но очень даже танцевальный.

— Насть! — воскликнула Юлька. — Ты же фанатела от этой песни, — кивнула она головой, явно на что-то намекая. Они сидели уже минут пять за столом, однако атмосфера до сих пор оставляла желать лучшего.

— Что? — одними губами спросила Настена, не особо понимая, о чем речь. Нет, этот трек она слышала, да только не был он любимым.

— Говорю, ты же любишь эту песню! — продолжала Комарова, стреляя глазками. — Хотела же под нее потанцевать. Такой шанс! — на последнем слове Юлька сделала особый акцент.

— Танцевать? — все еще не понимала Настя.

— Да, — сквозь зубы прошипела Комарова, явно раздражаясь.