В самое сердце

— Сколько у тебя сейчас времени?

— Восьмой час. А у тебя?

— Еще светло, — выдохнула Настя. Вдруг стало тепло, словно одеялом накрыли. Она невольно зевнула.

— Угу. У меня даже шторки закрыты.

— Лежу, проснулась недавно. Но вставать не хочу, — Настена и сама не поняла, как пропал тот барьер, который она возвела между ними. Хотелось просто говорить, просто слышать голос Ярика.

— Погоди, — воскликнул он. Затем послышался шум.

— Что… такое? — тревожно спросила Настя.

— Сейчас, момент, — ответил Ветров. Что-то бухнуло, и Ярослав негромко выругался. Чем он занимался, неясно. Но Настена молча ждала. Глаза ее закрывались, и впервые за долгое время на сердце возник покой.

— Готово! — сообщил Ярик.

— Я тоже лег. Полежим вместе? Я… — он громко выдохнул. — Прости меня, пожалуйста. Мои намерения сперва были скотскими, знаю. Я очень виноват. Но потом… все изменилось. Меня начало тянуть к тебе. Я ревновал тебя. Я… никогда и ни к кому такого не испытывал. Ты знаешь, я как будто заболел тобой. Дай мне шанс доказать тебе, что все что было, между нами, не ошибка.

Настя ничего не ответила. Просто, потому что уже простила. Каждая фраза, каждое слово, словно упоительная колыбельная. Сложно поверить и простить. Сложно, когда разум вступает в битву с сердцем. Но если дать право рулить кому-то одному, если позволить сердцу решать, то мир может вновь окраситься в семь цветов радуги.

— Насть, — темно прошептал Ярослав в трубку. От его голоса мороз пробежался по коже. И вновь слезы. Горячие слезы.

— Обещаешь? — сорвалось с ее губ.

— Клянусь. Боже, — выдохнул Ярик. — Милая, я так скучал по тебе.

— Правда? — опять сорвалось. Сердце уже вовсю стояло у штурвала. И ему было мало, хотелось еще и еще. А слезы так и продолжали катиться по Настиным щекам.

— Чистосердечная. Ты мне снилась. Я вот думаю, а сейчас не сон. Ты не снишься мне?

— А ты мне? — почти шепотом спросила Настена. Она еще больше прижала трубку к уху, будто так могла оказаться ближе к заветному человеку.

— Если это сон, я не хочу просыпаться. Но если это сон, то я бы хотел быть рядом с тобой. Вот прям совсем. Чтобы дотронуться до тебя.

— Побудешь со мной, пока я не усну? — поток фраз лился водопадом, бесконтрольно. Однако Настя и ругать себя за это не могла. Потому что больше всего на свете ей хотелось слушать голос Ярослава. И его теплые, милые, до жути смущающие слова.

— Конечно, хоть до рассвета. Насть, — серьезным тоном произнес Ветров.

— А ты? Ты… скучала по мне?

— Я… — Настена хотела сказать заветное да, но подумала, вдруг и правда, все это сон. Глупая игра мозга. — Если позвонишь завтра, я отвечу.

— Договорились. А теперь… закрой глаза. Я расскажу тебе что-нибудь совсем скучное.

Настя не заметила, как уснула.