В самое сердце

До того хорошо, что и сон можно было послать, и все дела завтрашнего дня.

Они не спали до трех утра. Будто потеряли счет времени. А когда прерывались от ласк, просто смотрели друг на друга. Настя проводила пальчиком по лицу Ярослава, вдоль носа, касаясь пухлых губ. Иногда он останавливал ее игру, и прикусывал тонкий женский пальчик. Тогда Калашникова начинала смущаться и накидывала одеяло на голову.

Это были их часы счастья. Пушистого, яркого и теплого счастья. Одного на двоих.

Следующий день начался с улыбки. Настя собиралась на конкурс, а Ярик готовил завтрак для них. Она нервничала, повторяла речь, потом выходила на кухню и пыталась рассказать. Ветров делал ей замечания, серьезно подходя к делу. Из него получился отличный судья.

В институт поехали вместе. Ярослав даже решил не идти на пары. Хотел максимально поддержать дорогого ему человека. И ведь не зря старался.

Потому что, когда Настена вышла на сцену, она немного разволновалась. Но стоило им встретиться взглядами, как речь стала уверенной, собранной и очень четкой. Девчонка передвигалась по залу, жестикулировала руками, переключила слайды презентации. Она сияла на сцене. Ярик вдруг подумал, что рядом с ним звезда. Настоящая из далекого космоса. Никто не смог затмить Калашникову. Китайский был ее язык. Каждый иероглиф, каждый тон, каждое предложение — все шло из души.

После всех выступлений жури взяли час на обсуждение. И этот час показался Ярославу с Настей вечностью. Она нервничала, кусала ногти, отказалась даже от чая. Ветров тоже нервничал. Но не показывал этого. Кто-то должен быть сильным.

Однако после выступления Калашниковой, Ярослав впервые задумался, о том, насколько сильно не хочет ее победы. Он много раз прокручивал в голове этот день, и много раз думал, выдержит. Каких-то шесть месяцев ради мечты — ерунда. Но сейчас все потонуло в мрачных красках. Теперь хотелось привязать Настену к себе и никуда не отпускать. От этого сердце ныло, сжималось в тугой узел.

Когда час икс пробил, конкурсантов пригласили на сцену. Речь главного члена жюри тянулась бесконечно долго. Он поздравлял участников, благодарил за их интересные работы и желал всего самого лучшего. А потом случилось то, чего больше всего боялся Ярослав.

Первые минут пять девчонка прибывала в легком шоке. Она едва не упала, но ее придержали. Ветров даже хотел подняться, переживал. Но потом Настена пришла в себя и улыбнулась. Однако в ее глазах читалось нечто другое — грусть. Победа означала расставание. И Ярик понял, что ему снова придется быть сильным. Сильней своей любимой девочки.

Когда награждение закончилось, Калашникова подошла к Ярославу, положила голову ему на грудь и разревелась.

— Милая, ну ты чего? — растерялся Ветров.