В самое сердце, или Девочка для Туманова (СИ)

Не успел никто ответить, как Ник схватил меня за руку и потащил к выходу. Упираться не имело смысла. Успела только поблагодарить Воронцовых, ловя на себе сочувствующие взгляды обоих.

— Садись вперед и пристегнись!

Так. Похоже, нас ждет гонка по вечернему городу. Мне это совсем не нравилось. Особенно в том состоянии, в каком был брат.

— Ник, поехали домой. Я устала.

Кивнул без слов и рванул, взвизгнув колесами.

Мы летели к выезду из города, обгоняя машины. Ник резко крутил руль, заставляя сердце замирать. Отпустило лишь на трассе, где было почти свободно.

Со странным ощущением я смотрела на магазин «У Андрюхи», проезжая мимо. Наверное, на моем лице слишком явственно проступили эмоции в этот момент.

— Что? — он глянул в ту сторону, куда был направлен мой напряженный взор. — Что ты там увидела? Приведение? «У Андрюхи». Прочитал и резко ударил по тормозам, сворачивая к обочине. Несколько секунд сидел, просто вцепившись в руль и тяжело дыша.

— Ник…

— Черт! Я идиот, Маш, какой же я баран. Ты же написала от Андрюхи на юг. — Выругался сквозь зубы. — Я прав?"

"Пришлось кивнуть. Он не виноват. Слишком уж специфический намек.

— Ник, успокойся. Поехали уже домой. Там обо всем поговорим.

На самом деле, я боялась начинать тему Туманова наедине. Пусть хоть Карина рядом будет.

Кивнул и завел двигатель.

Нас уже встречали у самых ворот. Заламывающая руки Карина с малышом.

Вид жены и сына остудили Ника лишь немного. Обнял обоих. А потом она бросилась ко мне, сжимая с такой же силой. Вот и еще одна жертва переживаний. Как же им было страшно за меня, пока я там… предавалась разврату. Карина тоже вряд ли будет на стороне Туманова.

Увидев наши слезы и услышав рыдания, прорвавшиеся, наконец, наружу, Ник сжал кулаки и произнес страшные слова:

— Маш, я обещаю, я урою этого ублюдка! Он у меня сто раз пожалеет, что сделал это с тобой.

Глава 28

Этим вечером и весь следующий день я так и не решилась серьезно поговорить с Ником. Буквально несколько общих фраз, и меня оставили в покое. Скорее всего, по настоянию Карины, потому что нетерпение Ника было видно невооруженным взглядом.

Я почти не выходила из комнаты, ожидая, пока брат хоть немного остынет. Спасибо Карине, она смогла убедить его не трогать меня — дать успокоиться, прийти в себя.

Как никогда я понимала — ему сейчас очень нелегко, но и врать не могла, да и не хотела. Только вот правду слышать он не готов, я уверена. Как же быть?

— Маша, — дверь открылась, и тот, о ком я только что размышляла, вошел в комнату. Кажется, настал момент Х — не отвертеться. Далее откладывать разговор было просто невозможно. — Милая. Мне нужно знать, что произошло. В деталях. Прошу, возьми себя в руки и поговори со мной.