В разводе. Бывшие любимые

Ладно, плевать на няню, но элементарно у ребёнка есть мать, и я понимала, что он ничего плохого Стешей не сделает. Но ему было важно показать мне, что я буду бежать за ним, как за флейтой заколдованной, лишь бы только понять, что с ребёнком.

Он просто проверял меня, и это было низко.

Это было подло.

Я не считала, что Олег сейчас выворачивал ситуацию так, будто бы он здесь любящий отец, и он полное имеет право на то, чтобы так себя вести.

Нет, он проверял меня.

И от этих мыслей становилось ещё обиднее и болезненней на сердце.

— Давай мы с тобой как-то зафиксируем, что помимо того, что это и твои дети, поступать по-свински, так не надо.

Олег сжал ладони в кулаки.

И хрипло произнёс:

— Да за что ты меня ненавидишь?

А у меня впервые не хватило слов для того, чтобы объяснить все причины, я растерянно приоткрыла рот, хлопнула глазами, подняла руку, взмахнула ей в воздухе, пытаясь намекнуть, что это уже перебор, но Олег продолжил.

— Что я тебе такого сделал, чем заслужил эту лютую ненависть, которая у тебя хлещет аж из ушей.

— Ты ошибаешься, — тихо произнесла я, — я тебя не ненавижу, я просто не понимаю, как в данной ситуации мои чувства имеют хоть какое-то значение. Потому что ты по-свински поступал не только со мной, но и с ребёнком."

"— Нет, Вик, проблема именно в тебе. Именно ты ведёшь себя как загнанная волчица, хотя тебя нахрен никто не загонял. Вика, я, уходя, оставила тебе все, что ты хотела. Я не срался с тобой из-за ложечек в сервизе, я не выставлял тебе дебильные условия о том, что там будет содержание на детей, но ты мне должна за каждую копейку отчитываться. Мне абсолютно плевать. Мне плевать на это. Я не выворачивал наш развод таким образом, что все вокруг были в курсе, что мы разводимся, нет, половина наших знакомых до сих пор ни о чем не знает. Я поступал достаточно лояльно и благородно. Все, что ты хотела в этом разводе, ты получила. И вот на фоне этого у меня возникает только один вопрос: какого черта ты меня так ненавидишь?

Я опустила глаза.

И ощутила, как в груди начал тикать часовой механизм, который отсчитывал секунды до взрыва бомбы.

Да, он даже если и проверял меня, то ему было важно, чтобы я доехала. Ему было важно, чтобы я оказалась в этой точке сейчас.

Я посмотрела на сведённые пальцы, которые сжимала на лямке сумки и хрипло выдохнула:

— Да потому что лучше бы ты сдох, — произнесла я на несколько тонов ниже. И, вопреки здравому смыслу, шагнула вперёд. — Лучше б ты умер, Олег. Честное слово. Я бы лежал на твоей могиле. Хватала пальцами сырую землю. Я орала навзрыд. Грудь себе вскрыть пыталась бы. Лучше б ты реально умер. Я бы тебя отмаливала по всем церквям. Я бы за тебя плакала, оплакивала так как никто никогда не плакал. Ну, знаешь, это было бы намного понятней, честнее, чем то, что ты сделал.