В Пустошах

Она знала, что ему еще можно было помочь. Не зря в ее руках оказалось так много целительной магии, и сейчас было самое время потратить ее всю — на любимого. Но Вит не разжимал объятий, понимая, что Рэй не даст ей выполнить задуманного. И в лучшем случае просто надругается над ними обоими. А в худшем…

Подтверждая его опасения, Рэй прорычал:

— Даже не знаю, с кого из вас начать. Наверное, с тебя, — он ткнул когтистым пальцем в Вита, и парень вздрогнул. — Тебя потом можно сожрать, а она мне еще пригодится.

И тяжелой чудовищной грудой двинулся на юношу с девушкой. Вит продолжал отступать, Тая по инерции все еще рвалась из его рук, словно хотела побыстрее оказаться в объятиях Рэя. Оборотень вытянул уродливую длинную руку, намереваясь схватить Вита за горло, но вдруг споткнулся и бросил удивленный взгляд юноше за спину.

Все трое застыли. Вит боялся даже дышать, не то, чтобы обернуться и посмотреть на то, что заставило Рэя застыть в оцепенении. А Тая поняла. Она скинула руки обмякшего Вита и посмотрела назад. По холму, прихрамывая, поднималась Никайя. Оборотница шла неуверенно, ее красивые косы растрепались, но это, несомненно, была она — живая. В тот момент Тая едва удержалась, чтобы не броситься ей на шею от радости. Перевела на оборотня взгляд, в котором надежда в чудовищной пропорции мешалась с отчаянием. Но Рэй словно позабыл о существовании Таи и Вита. Он, не отрываясь, смотрел на приближающуюся оборотницу, и взгляд его быстро яснел.

— Рэй! — Никайя говорила негромко, но в наступившей тишине ее было хорошо слышно. — Не трогай их. Не надо. Иди ко мне.

И протянула руку, подзывая к себе страшное чудовище. И чудовище, послушное ее воле, двинулось ей навстречу.

Рэй опустился на четвереньки. С ним что-то произошло, и теперь он был похож на огромного уродливого волка — человеческого в нем не осталось ничего. Когда он приблизился, Никайя тяжело оперлась на его загривок, потрепала, словно любимую собаку.

— Идем, — она уговаривала чудище, как маленького ребенка. — Ты победил Белого волка, ты теперь наш вожак. Никто теперь не посмеет это оспорить.

Никайя развернулась, поманила Рэя, постучав себя ладонью по бедру:

— Идем же. Ну, идем. Нам пора домой.

Она принялась тихонько спускаться, а чудовище, в которое превратился Рэй, послушно пошло за ней следом. Тая успела увидеть пронзительный прощальный взгляд Никайи, брошенный не неподвижное тело Дар Ветра.

И оборотница отвернулась.

А Тая бросилась в воду, туда, где лицом вниз плавало тело Дар Ветра. Кровь из его страшных ран смешалась с черной водой озера, и не понятно было, где заканчивается кровавая лужа и начинается чистая вода.