Птичка в академии, или Магистры тоже плачут 2

А я, как бы ни любила мужчину, никогда не смогу ему доверять полностью, потому что он никогда не примет меня такой, какая я есть, никогда не…

Голос Лайзы стал таким тихим, что мы все еле разбирали ее слова. Наконец она замолчала и гулко сглотнула, будто пытаясь протолкнуть вставший в горле ком. Повисла тишина, но никто не решился ее прервать. Кроме Даниэля.

— Ты ведь не знала этого наверняка. Почему решила все и за себя, и за… меня?

— Потому что я бездушное чудовище, страшный монстр, чья чешуя и внутренности используются в редчайших декоктах. Потому что я враг, с которым люди воюют испокон веков. Потому что принять правду могут и хотят далеко не все. Потому что очень легко пойти на поводу у предрассудков. Потому что… — Голос Лайзы сорвался, она вытерла покатившиеся по ее щекам слезы и наконец посмотрела на Даниэля. — Потому что мне было очень страшно… И больше всего я боялась увидеть в твоих глазах брезгливость и ненависть.

Они смотрели друг другу в глаза, и столько всего было намешано в их взглядах, что мы все ощутили себя лишними. Я уже думала уйти и увести остальных, чтобы оставить Лайзу и Даниэля наедине, но молчание прервал напряженный голос Марселя:

— Лайза, что было дальше? Нам нужно услышать всю историю.

Вот только смотрел он при этом на меня. Взгляд его был сосредоточенным и мрачным, и я почувствовала точно такой же страх, какой только что описывала подруга. Неужели я, как и она, нагайна? А может, фея или арахнидка?

От последнего предположения мне стало дурно, но я постаралась взять себя в руки. Неужели у меня и в самом деле появится вторая ипостась, на которую намекала подруга? Может, все не так? Может, она рассказала еще не все и что-то можно изменить? Потому Марсель так бесцеремонно и прервал молчаливую беседу своего друга? Для него это тоже очень важно. Но как он отнесется, если я все же?.. А как на это отреагируют мои друзья и адепты? Как я приму себя новую сама?!

В груди начала подниматься паника. Захотелось вскочить на ноги и куда-нибудь убежать, чтобы подумать и пережить поднявшуюся в душе бурю наедине с собой. Но тут я ощутила, что Марсель положил ладонь на мою руку, на которую я, сидя, опиралась, и меня немного попустило."

"— Спасибо, ик, — тихо произнес Ё-ё, глядя на эль Лавалье. – Я уже под завязочку магией наполнился-то. Эйлин, держи себя в руках-пф.

Даниэль с Лайзой тем временем отвели друг от друга глаза. И выглядели при этом так, словно вернулись в действительность из какой-то своей вселенной, где между ними не было недопониманий и раздирающих душу противоречий.

— Да, конечно… — Подруга посмотрела на свои сцепленные в нервный замок пальцы. — Потом случилась война… Великая война.