Птичка в академии, или Магистры тоже плачут 2

Герцог вышел вперед, достал из-за широкого манжета кителя письмо и передал одному из стражников. Тот бросил на него беглый взгляд и скрылся за дверью.

Несколько томительных минут мы с невозмутимыми лицами простояли в коридоре, а потом дверь перед нами открылась, и мы вошли в небольшую приемную, где нас ожидал высокий худой седовласый мужчина — личный секретарь его величества. Он чинно нам поклонился:

— Прошу прощения, господа, но уже слишком поздно. Его величество отдыхает. Не знаю, каким образом у вас в руках оказалось подобное приглашение, да еще на такое время, но…

Тут дверь в соседние покои приоткрылась, и из них показалась моложавая, очень красивая женщина в шикарном, но вполне скромном длинном пеньюаре. Я слышала, что сейчас в дамских салонах столицы стало модно принимать гостей именно в таких, и все же невольно смутилась. Женщина же осмотрела нас и обратилась к секретарю:

— Жильбер, пропусти господина герцога с сопровождением. Его величество их ждет.

— Но… — попытался было возмутиться тот, но натолкнулся на холодный взгляд и выгнутую дугой бровь женщины и склонил голову. — Конечно, госпожа эль Грэйв.

И отступил, давая нам проследовать за той самой Рошэль, о которой я уже столько всего слышала.

Из приемной мы попали в слабо освещенную гостиную и прошли к еще одной двери.

— Его величество согласился с вами встретиться только после того, как я показала ему перстень, который передала мне Мариэлла, — сообщила Рошэль. — Он его очень взволновал, как и известия о внучке. Кажется, ему даже стало лучше. Но магическую защиту своих покоев он приказал усилить еще больше. Впрочем, не только ее. Так что даже не знаю, чем эта встреча может для вас закончиться. — И перед тем, как открыть дверь, еще раз с интересом оглядела меня и добавила: — Не разочаруйте его.

Я думала, что мы будем разговаривать с королем в его спальне. Известия о том, что он болен, рисовали мне картины крайне больного старика, который лежит в постели и почти не встает. Но Рошэль привела нас не спальню, а в кабинет.

Король и в самом деле имел болезненный вид, но, даже сидя за внушительным столом, показался мне не немощным стариком, а скорее большим старым дубом, чьи корни подточили древоточцы, но он еще держится, хотя и видно, что скоро зачахнет.

Полностью седой, с кустистыми бровями и пронизывающим взглядом, король одним своим видом внушал уважение и трепет, хотя и был одет в обычную пижаму и халат. У меня даже вопроса не возникло, что такого нашла в нем Жозефина. Они были бы хорошей парой, если бы судьба дала им шанс.

Мы склонились в глубоких поклонах, и король обратился к герцогу:

— Ноэль, за мою бытность королем мне уже восемь раз пытались представить якобы моих детей или внуков. Особенно сильно старались в последние годы.