Добро пожаловать в прошлое!

Родительница, видимо, потратив все душевные силы на перебранку с его опером, сдалась и миролюбиво попросила: – Давайте поговорим не здесь… Пожалуйста…

Чуть поразмыслив, Влад принял решение:

– Поговорю с задержанным, а потом уже с вами.

В допросной паренек сначала крепился, строил из себя уверенного «правильного пацана», но через некоторое время сломался. У Влада получилось склонить его к «сотрудничеству», даже не прибегая к угрозам. Перспективы, которые Демидов обрисовал перед ним, убедили парнишку открыться перед строгим, но вроде бы, «нормальным» полицейским.

– Понимаете, мама хочет, чтобы я стал врачом как она, а я не хочу, – сбивчиво объяснял он. – Я хочу военным быть, каким был отец. Ну, нет у меня склонности ни к биологии, ни к химии… Говорю ей, что не поступлю на бюджет, а она ни в какую, – жаловался сын на мать. – Репетиторов мне нанимает, говорит, что пойду на платное отделение… а я не хочу… понимаете… не хочу… А она все работает, чтобы отложить мне на мед вуз, а потом этим попрекает…

– Ага, и ты решил таким образом выразить свой протест, так, что ли?

Подросток растерянно пожал плечами. Влад усмехнулся, вот так всегда, заварят кашу, не осознавая дальнейших последствий, а разгребать потом приходится другим. С логикой и здравым смыслом нынешняя молодежь совершенно не дружит. У него дома тоже одна такая – «самая умная, самая хитрая». Глядя на сникшего, тщедушного мальчишку-подростка, Влад мысленно переметнулся к Ксении. Ей-то против чего бастовать? Или есть какая-то иная причина?

– А ты знаешь, что такой вот привод в полицию может серьезно подпортить тебе карьеру военного, если ты все-таки надумаешь настоять на своем? – после непродолжительного молчания жестко глянул на него Демидов. – Вижу, даже не задумывался об этом, – мальчишка опустил голову. – Ну, посиди подумай. Я пока с матерью поговорю.

Во время допроса женщина беспокойно мерила шагами коридор, но, увидев «главного», сразу же кинулась к нему. Пусть она и не успокоилась, но вела себя намного сдержаннее. Влад, отперев дверь в свой кабинет, пригласил ее внутрь.

– Вы меня извините, пожалуйста, что я так накинулась на ваших сотрудников, – прямо с порога пустилась в объяснения женщина. – Глеб у меня единственный сын, я воспитываю его одна… Хочется, чтобы у ребенка было все самое лучшее, а он такое вытворяет, – печально вздохнула она, усаживаясь напротив начальника уголовного розыска и изливая ему душу. – Нервы совсем сдали… Я в двух местах работаю, в поликлинике на приеме сижу и в частной клинике оперирую.