Добро пожаловать в прошлое!

И у каждой такой бумажки был свой срок на исполнение. И бумажкам этим, как и людям, ожидающим эти самые бумажки, было по большому счету абсолютно плевать на то, что ему сейчас совсем не до них."

"У дежурки стоял Воронов, уточняя какие-то детали у начальника следствия. Увидев Влада, он быстро свернул разговор, пожал руку другу и замер, в нетерпеливом ожидании наблюдая, как тот берет ключ от кабинета, молча расписывается. Бдительный и наметанный глаз Саши сразу же отметил внутреннее смятение и замешательство Демидова, распознаваемые только по одному ему известным признакам. А может, и не было признаков этих вовсе, сработала лишь голая интуиция, когда с самого утра начоперов не появился в отделе. Бесконечные гудки в телефонной трубке заставили интуицию просто вопить, подсовывая черные, ядовитые мысли. Не дай бог, что с Ксенией случилось! Почему-то самые первые пугающие мысли были именно о ней.

Не утерпел Саша, не вынес натужного молчания Влада, поперся следом за ним в кабинет. Досадливо махнул рукой на напоминание дежурного о совещании в Главке. Потом, мол, все потом…

– Случилось чего? – озабоченно спросил, как только они ступили за порог. – С Ксенией?

Ни слова не говоря, Демидов швырнул ключ на переговорный стол. Проскользив по гладкой поверхности, он с легким бряцаньем благополучно приземлился на полу. Пинком ноги отставленный с дороги стул, жалобно скрипя, откатился к окну. Рабочий стол подался в сторону, когда на него тяжело опустились два кулака, явно сжатые не без причины, перенося вес крепкого тела на мебель. Наконец, обретя опору под собой, Влад соизволил ответить.

– Она беременна, – сосредоточенный прищур глаз теперь смотрел прямо на Воронова.

– Что? Опять? – не поверив, пошутил Саша. Один уголок губы потянулся вверх.

– Не опять, а снова, – Демидов даже глазом не моргнул. Выпрямился, когда Воронов медленно пошел к нему, пытливо вглядываясь в лицо, стремясь угадать причину такой абсурдной шутки.

– Да ладно? И от кого же? – все еще не веря, в том же тоне продолжал Саша.

– От меня, – выдохнул, как в ледяную прорубь бросился, Влад. Вот так, разом, чтобы не тянуть резину, не увиливать, махом отрезать себе все ходы к отступлению. Хотя трусливо отступать и не собирался.

Воронову показалось, что он ткнулся лбом в прозрачную преграду, неизвестно откуда выросшую посреди комнаты. Даже, кажется, глухой стук услышал, смазавший последние слова друга. Склонив, чуть повернул голову, как делают, когда хотят прислушаться к окружающему миру получше, сощурился скептически и снова спросил:

– От кого? – но теперь в голосе шутливых нот не было.

– От меня, – был громкий и четкий ответ.

– Не понял, – лицо Саши неуловимо изменилось. Напряглось, окаменело. Глаза загорелись хищным блеском.