Добро пожаловать в прошлое!

Освещенный дверной проем расширился, мужчина осторожно подошел к кровати. Ноздри затрепетали от уже знакомого запаха, смеси туалетной воды, сигарет и, кажется, спиртного. Девушка зажмурилась, усиленно притворяясь спящей. Молилась в душе, чтобы Влад не будил ее для очередной порции близости, а, минуя кухню, просто отправился «на боковую». И тогда у нее будет возможность незаметно пробраться на кухню и выкинуть отраву в мусор. Боже… Как ей, вообще, могла прийти в голову такая дичайшая, абсурдная, сумасшедшая мысль?!

Но как назло, Демидов как будто и не собирался ложиться. Долго шумела вода в душе, потом что-то невнятно забормотал телевизор. Когда тяжелые шаги опера протопали мимо двери по направлению к кухне, она напряглась. Сначала приподнялась на одном локте, потом села в кровати, наконец, не выдержала, выбралась из-под одеяла, тихо как мышка подкралась к двери. Приложив ухо к небольшой щели, напряженно вслушивалась в звуки, доносящиеся с кухни, готовая в любой момент выскочить, чтобы не дать оперу отведать ужина «с начинкой».

Звон бокала, журчание воды из-под крана, через секунды – щелчок выключателя, и его шаги совсем рядом, по ту сторону двери. Ксения испуганно отпрянула, но, поняв, что он просто пошел к себе, с облегчением выдохнула. Пронесло… Осталось дождаться, когда он уснет, и можно действовать…

Девушка прилегла на кровать, желая выждать как можно больше времени, чтоб уж точно, наверняка опер крепко уснул, но и сама не заметила, как ее сморил сон, а проснулась она уже оттого, что ее, ничего не понимающую со сна, просто сдернули с кровати. Грубо, больно, шумно…

***

Едва уловимый, странный привкус опер почувствовал сразу же, как только первая ложка блюда, приготовленного Ксенией еще с вечера, оказалась во рту. Он несколько раз задумчиво пожевал еду, пытаясь распробовать новый вкус и понять, что же ему не понравилось. Картошка протухла, что ли? Или какая-то новая приправа? Что-то совсем невкусная, то ли с горчинкой, то ли хрен знает с чем…

Влад обернулся, пробежался глазами по открытым поверхностям столов, протянув руку, заглянул в шкафы, но никаких новых, малознакомых упаковок с приправами не обнаружил: обычный лавровый лист, черный перец, смесь каких-то там трав, вкус которых был уже знаком. Подумав, нырнул под раковину, где за дверцей скрывалось мусорное ведро. Что за хрень она добавила?

В глаза сразу же бросились ярко-синие обрывки тонкой бумаги, лежащие на самом верху кучи картофельной кожуры, мало похожие на пищевую упаковку. Когда увидел, во что сложились буквы на обертке, то у него, в прямом смысле слова, глаза на лоб полезли. А это здесь зачем? Тараканов она травила, что ли? Вот только он ни разу за то время, пока жил здесь, еще ни одного насекомого не видел.