Добро пожаловать в прошлое!

И вот такие уроды безнаказанно ходят по земле?! Размахнувшись, он наотмашь ударил Курбанова под подбородок так, что у того лязгнули зубы, а сам он, отлетев на приличное расстояние, кулем повалился навзничь. Удар оглушил его, мигом сбив с него спесь, в одночасье превратив из бравирующего нахала в кашляющее, задыхающееся существо.

Воронов, бросившись к нему, принялся в остервенении наносить удары один за другим, совершенно не ощущая, как Демидов в буквальном смысле пытается отодрать его от подростка. Один раз у него это получилось, но Воронов, оттолкнув опера, тут же бросился вновь к Курбанову.

Позади раздался какой-то непонятный писк, и, на секунду обернувшись, Влад увидел, как Ксения медленно оседает на землю по ржавой двери металлического гаража. Двумя руками зажав рот, она с животным страхом смотрела, как взлетают в воздух кулаки Воронова и тут же опускаются на дергающееся тело ее одноклассника.

Демидов кинулся к ней, силой поставил на ноги, со всей мочи прижал к себе, пряча ее лицо у себя на груди. Лишь бы она не смотрела. Не видела, как забивают человека.

Когда раздался первый выстрел, они оба вздрогнули и невольно повернули головы в ту сторону. Когда прогремел второй, а потом и третий, Ксения всем телом дернулась, ее скрутило, и, с трудом вырвавшись из цепких объятий Влада, она, упав на колени, согнулась пополам над какой-то лужей. Ее стошнило. Потом еще и еще. Ужин, который она еле запихала в себя совсем недавно, казалось, выходил из нее вместе с внутренностями, смешиваясь со слезами.

Воронов продолжал стоять на том же месте, над истекающим кровью телом неудачливого шантажиста, пытаясь унять сбившееся дыхание, не успевающее за бешено стучащим сердцем.

– Черт, – тихо выругался Демидов, переведя взгляд с лежащего на земле Курбанова на Воронова, который медленно убирал пистолет в кобуру. – Ну, и зачем ты это сделал?

– Он бы все равно тебя сдал, – неожиданно спокойно ответил Саша. – А правосудие в нашей стране таково, что никто бы не стал разбираться… Ты убил школьника, и никто не посмотрит на то, что он был мразью, – цинично усмехнувшись, добавил: – А я убил еще одного…

Демидов, присев на корточки перед парнем, неподвижно лежащим посреди пятачка, потрогал пульс, нахмурился. И так с одного взгляда было понятно, что тот мертв. Да, не ожидал он, что этот день так закончится.

– Школьники, – вздохнул он озадаченно, выпрямляясь во весь рост."

"– Школьники, – согласился Воронов, – и конченые твари, – без слов понимая своего опера, заметил невозмутимо: – Мы такими не были…

Откуда-то донеслись негромкие всхлипывания. Одновременно повернувшись на звук, они увидели, что Ксения, сидя прямо на сырой и грязной земле, руками утирая слезы, пытается справиться с судорожными рыданиями.