Игра в «Потрошителя»

Среда, 25 январяЗайдя вечером в отцовский дом, Индиана просмотрела почту и среди счетов и политической агитации обнаружила глянцевый журнал, распространяющийся по подписке среди весьма привилегированных держателей некоторых кредитных карт: несколько раз она видела такой в приемной у своего дантиста. В доме было тихо, отец этим вечером играл в сквош и пил пиво в немецкой трущобе. Индиана прошла на кухню, поставила чайник, взяла журнал и принялась рассеянно его перелистывать. Заметила, что несколько страниц скреплено скрепкой, и обнаружила статью, которой суждено было перевернуть обычное течение ее жизни."

"На журнальном развороте был запечатлен Алан Келлер, принимающий гостей на своем винограднике под руку с белокурой женщиной; подпись под фотографией гласила, что ее имя Женевьева ван Хут, она — бельгийская баронесса, представительница нескольких европейских модельеров. Индиана, снедаемая любопытством, добралась до третьего абзаца и прочла, что Женевьева живет в Париже, но, вероятно, вскоре переселится в Сан-Франциско в качестве супруги Алана Келлера. В статье описывался прием в честь дирижера симфонического оркестра, приводились мнения гостей по поводу неизбежной развязки романа, которые пара не опровергла, и перечислялись предки этой самой ван Хут, с семнадцатого века носившие титул барона. На следующей странице Индиана увидела еще четыре фотографии Алана Келлера с той же самой женщиной в разных местах: в каком-то клубе в Лос-Анджелесе, на Аляске, во время круиза; на парадном приеме; в Риме, на какой-то улочке, по которой они шли, держась за руки.

Новость ошеломила Индиану, в висках у нее стучало, руки тряслись. Она заметила, что на двух фотографиях у Женевьевы короткие волосы, а на двух других — длинные; что на Аляске Алан Келлер одет в бежевый кашемировый свитер, который однажды снял с себя и подарил Индиане, стоило той заикнуться, как нравится ей эта вещь. Случилось это через несколько недель после их знакомства, отсюда неизбежный вывод: ее возлюбленный и эта баронесса вместе очень давно. Индиана перечитывала статью, вглядывалась в фотографии, пытаясь найти что-то, какую-то деталь, которая позволила бы взглянуть на вещи по-другому, но так ничего и не обнаружила. Положила журнал на стол, поверх конверта с билетами в Индию, и долго сидела, уставившись на посудомоечную машину, а чайник свистел себе и свистел на плите.

Вот уже пятнадцать лет ей не приходилось терзаться из-за измены. Будучи замужем за Бобом Мартином, она терпела его подростковое легкомыслие, банки из-под пива на полу, дружков, развалившихся перед телевизором и громко топающих, и решилась на развод только тогда, когда невозможно стало закрывать глаза на его интрижки.