Игра в «Потрошителя»

"

"Специалист по компьютерам занялся жесткими дисками, пытаясь что-то из них извлечь, хотя и предполагал, что Миллеру было прекрасно известно, как стереть все их содержимое. Тем временем Боб Мартин вводил Фурнье и Баркотт в курс действий, какие убойный отдел вот уже двенадцать дней предпринимал, чтобы поймать Миллера. В первую неделю они ограничились тем, что попросили помощи у полиции в районе залива и привлекли к делу обычных информаторов, но потом разместили фотографию и словесный портрет Миллера в средствах массовой информации и в Интернете. С тех пор они десятками получали сообщения от людей, которые видели хромого бродягу, похожего на гориллу, в сопровождении какого-то чудовища, но ни одно из них так и не навело на след. Пара-тройка нищих с собаками были арестованы по ошибке в разных местах, но тут же отпущены. Ветеран войны в Персидском заливе явился в комиссариат Ричмонда и провозгласил, что он и есть Райан Миллер, но его не восприняли всерьез, потому что его собака была породы джек-рассел-терьер и к тому же сука.

Допросили людей, как-то связанных с бежавшим: Фрэнка Ринальди, администратора «Дельфин-клуба», где Миллер постоянно занимался плаванием; владельца дома, где он жил; нескольких худосочных мальчишек, которых он учил держаться на воде; Дэнни Д’Анджело из кафе «Россини»; обитателей Холистической клиники и особенно самого близкого друга, Педро Аларкона. Боб Мартин говорил с Индианой, но агентам ФБР упомянул о ней мельком, как об очередной целительнице из Холистической клиники: не хватало еще привлекать внимание агентов к кому-то из собственной семьи. Он знал, что у Индианы был короткий роман с Миллером, и это, по причине, для него самого непонятной, терзало его больше, чем четыре года, которые бывшая жена провела с Аланом Келлером. Он не мог взять в толк, какие достоинства Миллера могли привлечь Индиану, и решил, что она определенно переспала с ним из жалости: Индиана, по доброте своей, не могла отказать калеке. Вот ведь дура, честное слово! Как заниматься любовью с одной ногой? Цирковой трюк, возможности весьма ограниченны, лучше даже не воображать себе. Его твердое намерение выследить беглеца было чисто профессиональным рвением и никак не было связано с тем свинством, какое он творил с матерью его ребенка.

— Этот Аларкон, он коммунист? — спросила Лоррейн Баркотт после того, как за сорок секунд нашла уругвайца в базе данных ФБР на своем мобильнике.

— Нет. Он профессор Стэнфордского университета.

— С таким же успехом он может быть и коммунистом, — стояла она на своем.

— Разве где-то еще остались коммунисты? Я думал, это уже вышло из моды. Мы прослушиваем телефон Аларкона и следим за ним.