Игра в «Потрошителя»

Движение началось в Нью-Йорке в конце семидесятых, когда по улицам было просто небезопасно ходить. Они сотрудничают с полицией, ходят в униформе, в красных куртках и беретах, могут задерживать подозрительных лиц, но не имеют права носить оружие. Теперь такие «ангелы-хранители» имеются и в других странах и, кроме патрулирования, занимаются молодежным образованием, открывают мастерские, чтобы предотвращать преступность.

— Судья хочет поддержать группу, борющуюся с преступностью, — это нормально, — пожала плечами Аманда.

— Да, но сына постигло разочарование. Его больше опечалила потеря наследства, чем убийство матери. У него твердое алиби, мы проверяли: всю неделю он провел в деловой поездке.

— Может быть, он нанял кого-то, чтобы кокнуть ее. Они ведь не ладили, так?

— Подобные вещи, Аманда, случаются в Италии. В Калифорнии никто не убивает мать только потому, что не ладит с ней. Относительно Константе: ожоги паяльником, которые на первый взгляд ничего не значили, при фотографическом увеличении оказались буквами.

— Какими?

— «Ф» и «А». Мы до сих пор не нашли этому объяснения.

— Объяснение должно быть, Петра. В каждом из этих дел преступник оставил знак или послание. Дней десять назад я говорила папе, но он меня не слушает: перед нами — серийный убийца.

— Он еще как тебя слушает, Аманда. Он весь департамент заставил искать связь между преступлениями.

Воскресенье, 4 мартаКаждый первый понедельник месяца, даже если эти выходные Аманда и проводила у отца, она неизменно посвящала час разбору немудрящей бухгалтерии матери. Ноутбук Индианы служил ей уже шесть лет, пора было его модернизировать или купить новый, но хозяйка относилась к нему как к своего рода амулету и собиралась пользоваться им, пока он не умрет естественной смертью, хотя в последнее время машина и доставляла ей неприятности. Внезапно, без какого-либо объяснения, на экране всплывали одна за другой сцены соитий и пыток, много нагой плоти, много усилий и терзаний, и не было в этом ничего приятного для взгляда. Индиана тотчас же закрывала эти переворачивающие душу образы, но проблема повторялась так часто, что она в конце концов дала имя извращенцу, который проник в ее жесткий диск или входил через окна, вторгаясь в содержимое ее ноутбука: она назвала его маркиз де Сад."

"Аманда, которая занималась бухгалтерией с двенадцати лет и вела ее с дотошностью ростовщицы, первой поняла, что заработков матери едва хватало на скромное монашеское житье. Помогать людям исцелиться — медленный процесс, высасывавший из Индианы энергию и средства, но она не променяла бы эту работу ни на какую другую; на самом деле это было для нее не работой, а апостольским служением.