Эйгор. В потёмках (СИ)

— Скорее всего, нам придётся кого-то прикончить.

Здоровяк с непонимающим выражением лица поднимает на меня глаза.

— Потому что хороший шантажист — это мёртвый шантажист, Джойл.

Тот секунду буравит меня взглядом, после чего уточняет.

— Шантаж, это когда с тебя что-то требуют за сохранение твоей тайны, которую чужим и знать не положено?

Молча киваю головой и он приободряется.

— Тогда я не против. Был один такой заезжий, всё пробовал за Джерной ухлёстывать, да грозить. Я тогда правда мал был, толком не понял о чём он речь ведёт. Но рицеры его сожрали шустро.

Учитывая все его рассказы о жизни на болотах, я уже устал удивляться, поэтому просто поддакиваю. Встав с кровати, решаю, что в данном случае нам может понадобиться и тяжёлая артиллерия, так что вручаю соседу армейскую винтовку, а сам беру в руки штуцер. Ещё около минуты уходит на то, чтобы наполнить ремни-патронташи и как-то приладить их на себя. С собой захватываем и несколько гранат. В качестве холодного оружия — рунические кинжалы, врученные Ральфом после нашего появления из библиотеки.

В таком виде и встречаем Айрин с Кансом, оказавшихся прямо за дверью, когда я её открываю. Тонфой снова вооружён штуцером. У девушки только два револьвера, но на этот раз к ремню прицеплены кожаные патронташи. Опустив поднятую руку, которой она уже готовилась стучать в дверь, виконтесса для проформы уточняет.

— Только мне. Пятый малый подземный зал.

Сын хёрдиса за её спиной, мрачно усмехается.

— И мы туда же. Идём?

Было выдвигаюсь в коридор, но потом на несколько секунд возвращаюсь в комнату и Тонфой становится богаче на пять рунических разрывных патронов к штуцеру. Когда протягиваю руку, в которой они зажаты, аристократ на мгновение задумывается и только потом забирает боеприпасы. Судя по дёрнувшимся губам, для него не очень привычно получать от кого-то помощь, по крайней мере в таком формате. Посмотрев на меня, коротко бросает.

Развернувшись, шагает к выходу из общежития. Переглянувшись с Айрин, которая пожимает плечами, иду следом.

Попытка узнать дорогу у служащего, который дежурит около входа в общежитие приводит к долгому рассказу о том, как пройти к нужному залу. Пробую запомнить, но после упоминания десятка поворотов и спусков сбиваюсь. Как итог — идём по первому отрезку маршрута, намереваясь узнать путь у кого-то ещё из встреченных неконов. Вижу, как нашу небольшую компанию провожают настороженными взглядами остальные первокурсники. Одна из девушек что-то объясняет своей подруге, делая страшные глаза.

Скоро становится понятно, что слово «подземный» в названии зала отнюдь не простой эпитет — мы спускаемся всё глубже под землю.