Эйгор. В потёмках (СИ)

— А что за бал такой? И Золотой зал?

Айрин, явно обрадованная возможностью полностью переключить беседу на иную тему, приподнимает бокал с вином.

— Торжество в честь зачисления студентов первого курса. Проходит в Кёйреле, на территории Золотого зала, который принадлежит Хёницу. Приглашается весь первый курс, а в качестве гостей могут явиться члены их семей. Дату выбирает одна из женщин императорской семьи, выбранная по жребию. Она же открывает торжество.

— Только вот странно, что его проводят так рано. Обычно бал проходит не раньше, чем после первого месяца обучения. Иногда даже ближе к зиме.

Судя по удивлённому тону сына хёрдиса, из которого пропала обычная ленца, ситуация и правда из ряда вон выходящая. Да и виконтесса выглядит озадаченной.

Следующие двадцать минут они на пару обсуждают возможные причины переноса мероприятия на столь ранний срок. Канс даже предполагает, что на него прибудет сам регент, дабы показать, что всё ещё пользуется поддержкой магов Хёница. А вот Айрин, в основном волнует присутствует его дочери — Морны. Если не брать в расчёт семилетнего Керьо, который по мнению Тонфоя, вряд ли доживёт до совершеннолетия, даже если этого будет желать правящий ныне Ланц Эйгор, то Морна — фактическая принцесса империи. Которая по слухам, готовится занять важную дипломатическую должность. А где наследница престола, там и свита, вместе с личной канцелярией.

Мне, куда более привычно представлять девушек из высшей аристократии, в качестве разменной монеты при династических браках. Но как выясняется, в Норкруме они весьма активно участвуют в управлении государством. Правда, в основном занимаются дипломатией, либо курируют благотворительную деятельность. Конечно, если не являются выпускниками Хёница — в таком случае разница между полами практически нивелируется.

Прикончив вторую бутылку вина, мы всё-таки решаем продолжить банкет и всей дружной компанией отправляемся в нашу комнату за хирсом. Забирая алкоголь вижу, что на лице Канса, скользящего чуть расфокусированным взглядом по вскрытым ящикам, отображается явное удивление. Не удержавшись, интересуется.

— Это тебе всё твой капитан прислал? Армейский, в отставке?

Наклонившись, берёт в руки один из бронебойных патронов с начерченными на гильзе крохотными рунами и крутит его, внимательно рассматривая.

— Могу ошибаться, но один такой стоит не меньше двухсот ларов. Я думал тебе что-то попроще прислали, из лавок Кёйреля — там за пятёрку продаются плохонькие патроны, которые сами студенты старших курсов делают ящиками. А вот это… Теперь понимаю, почему ими интересовался дознаватель.

Чешущий в затылке Джойл, смущённо выдаёт.

— Двести ларов? А я думал попросить штук пять таких — матушке выслать.