Попаданка в академии драконов 4

И другим драконам запретил собственник чешуйчатый, а грифоны не вариант: они долго привыкают к новым всадникам и не выносят существ с большим числом магических печатей – а таких у осуждённых полно, да и у офицеров хватает. Так что пусть теперь Арен катает нас всех.

– Не обижайся на него, – улыбается Дарион, будто прочитав мои мысли. – У вас долгая помолвка, с каждым днём Арена всё сильнее будут раздражать драконы в твоём окружении. Ты же заметила, что Карит и Элор стараются с тобой не пересекаться, даже Лин при всей его нечуткости к настроениям окружающих держится от тебя подальше.

От сердца отлегает: я уж думала, что раздражаю их, а дело в Арене.

Золотой вихрь окутывается языками пламени и выпускает Арена на каменную дорожку.

– Оиии, – Пушинка улыбается во все острые зубы.

– Отправляемся немедленно, – хмурится Арен, и Пушинка молниеносно обнимает его.

– Я го-то-ва.

– Я понял, – Арен протягивает мне руку.

Едва коснувшись её, оказываюсь в его жарких объятиях, и нас окутывает золотой огонь.

Перекидывает на просторный задний двор столичного ИСБ. Клетка с мощными ручками под драконьи лапы возвышается рядом с чёрным камнем для телепортации. В окнах за линиями защитных печатей белеют лица сотрудников. Опять я их от работы отвлекаю.

Четыре работницы с завода Тордоса стоят в тени массивных ворот под присмотром Геринха и Фергара – единственных из группы, кого Арен согласился взять с собой. Причём волкооборотень ещё и флиртовать с ними умудряется. Женщины выглядят бодрее, чем в нашу последнюю встречу. Надеюсь, Элида тоже в порядке. Смуглая шатенка, с которой я сняла клятву крови, мне улыбается.

Арен поглаживает меня между лопаток, и это как сигнал к действию.

Кивнув, закрываю глаза и накладываю на себя печать усиления способности.

– Девушки, соберитесь поближе друг к другу, – командует Арен.

Да, чем ближе они будут стоять, тем больше шанс увидеть связывающие их с Тордосом узы – если тот ещё жив.

Громкое хлопанье крыльев возвещает о вылете грифона с площадки на крыше.

Вдохнув и выдохнув, открываю глаза.

Эёран магический мир и это не преувеличение, здесь всё кипит и пенится, пронизано разноцветными потоками, мерцает, искрит. Поэтому так трудно заметить тонкие фиолетовые нити, утекающие от четырёх покрытых магическими печатями фигур. Есть и другие нити – белого цвета, связывающие осуждённых с теми, к кому по решению суда они не имеют права подходить, и те уходят в разные стороны. Но фиолетовые тянутся в одном направлении.

Развернувшись всем корпусом, вытягиваю руку параллельно движению этой связи и накладываю на себя печать временного заглушения дара.

Мир теряет в красках, даже глаза Арена отливают лишь тусклым золотом.

– Туда, – взволнованно сообщаю я. – У всех есть общая связь с кем-то там.