В поисках сокровища

– С ними какой-то прошаренный чувак будет. Который наверняка и связи с коллекционерами имеет.

– Я прошлой осенью тоже медали попытался искать. На свою голову. Забрел как-то на военный полигон, а там танковые учения. Меня чуть не подстрелили. С тех пор, кстати, и забросил это хобби. У меня это… фобия.

Теперь мне эта история не нравилась еще больше.

Дома я чуть не умер со скуки. Аксинья была на вечерних занятиях, и мы целый день не списывались. Лиля умотала куда-то из дома под предлогом «помочь подруге с уроками». Мама только притворно покачала головой: какие же у нее все-таки дети… Настоящие альтруисты. Ближнему своему помогают без всякой корысти. И наказала Лиле быть дома в десять.

Я же маялся, не зная, чем себя занять. Простуда давно отступила, и сидеть в четырех стенах было уже мучительно. Марвин пропадал целыми днями с новой подружкой и на связь тоже не выходил. Я порубился в приставку, выучил уроки на завтра, а когда вечером стрелка часов подползала к девяти, все-таки вышел в коридор и накинул легкую куртку.

– Куда? – тут же налетела мать, словно надзиратель.

– Прогуляюсь немного. Подышу свежим воздухом перед сном.

– С кем?

– Один.

Мама стояла рядом и не сводила с меня встревоженного взгляда. Тогда я ее уже привычно успокоил:

– Ничего со мной не случится. Не бойся, цыгане не украдут. Прогуляюсь и вернусь. Мне полезно прогуляться после болезни.

– Ладно, – нехотя отпустила мама.

Пока я сидел дома, снова прошел дождь. Теперь в лужах отражались фонари. На улице уже стемнело. Из окон домов сочился желтый свет. Вокруг было тихо, только деревья шелестели мокрой листвой.

Симу я заметил еще издалека у третьего подъезда, в котором и жил неведомый Василий Владимирович. Бедняга даже не подозревал, что Ляля собирался, пусть и на время, но все-таки его обчистить. Сима стояла ко мне спиной и, задрав голову, разглядывала горящие окна. Я подошел сзади и негромко сказал на ухо:

– Привет!

Шац подпрыгнула на месте и, круто развернувшись, влепила мне оплеуху.

– Господи, это ты! – воскликнула она, разглядев меня в сумерках.

– Ага, второе пришествие, – проворчал я, потирая скулу.

– Зачем так пугать-то?

– Я думал, ты будешь стоять на шухере в подъезде.

– Нет, там, оказывается, теперь на первом этаже консьержка сидит. А Ляля дома нашел записку, где его мама на самом деле к Василию Владимировичу отправила. И в записке приписала, что ее сын только цветочки польет. Консьержка с мамой Ляли друг друга знают… А так бы вышло, что Ляля взял ключи и девчонку в крутую хату повел. Ну… Сам понимаешь, для чего, – смутилась вдруг Сима.

Я развеселился.

– Если честно, не совсем понимаю. Для чего?

– Стахович, получишь еще раз! – предупредила Сима.

– Не в моих правилах подставлять другую щеку, – усмехнулся я.