В поисках любви

– Утром я могу попросить Тулси меня осмотреть. А вы ступайте, мистер Кингстон. Вам нельзя здесь находиться.

– Это вам нельзя молча страдать! Сядьте! Я не доверяю Тулси: откуда она знает, как облегчить вам страдания? У нее нет соответствующего опыта. Она вообще ничего толком не умеет делать, разве что храпеть по ночам. Это у нее получается мастерски.

В уголках ее рта заиграла улыбка – нежная и застенчивая. Он положил руки ей на плечи и заставил опуститься на табурет. Она снова поморщилась. Он понял, что ей действительно больно, но упрямство не дает в этом сознаться.

– Где болит, мисс Уайтфилд? Отвечайте! Я все равно не уйду, пока все не выясню, так что облегчите задачу себе и мне. Говорите!

– Здесь, кажется… – Она нерешительно вытянула ногу.

– Кажется? – Качая головой, он опустился перед ней на колени. – Наверное, это лодыжка.

Она отдернула ногу, не позволив ему к ней прикоснуться.

– Да не бойтесь вы! – проворчал Кингстон. – Давайте сюда вашу ногу.

– Вам нельзя видеть мои… нижние конечности.

– Тулси спит, о том, что я здесь, никто не знает. Чего вы боитесь? Я хочу просто осмотреть вашу лодыжку.

– Хорошо, – согласилась она со вздохом.

Осмотреть ее не значило трогать, так что едва Алекс коснулся ее ноги, Эмма вскрикнула:

– Мистер Кингстон!

Не обращая внимания на ее реакцию, он тщательно обследовал ногу. У нее были маленькие розовые пальчики с аккуратно подстриженными, но достаточно длинными ногтями; кожа оказалась нежной, как лепесток. Увы, лодыжка действительно распухла и посинела.

– Неудивительно, что вам больно! Не лодыжка, а сплошной кровоподтек. – Он осторожно повернул ступню. – Но кости, кажется, целы.

– А я вам про что говорила? – произнесла Эмма.

– Вам лучше лечь и подложить под ногу подушку. Нельзя, чтобы вы опирались на нее всем своим весом.

– Я весь день только и делала, что сидела или лежала. Вот если бы нашлась какая-нибудь мазь, чтобы снять опухоль и боль…

– Сакарам может что-нибудь предложить – скажем, припарку. Но искать травы можно только днем.

– Ваш Сакарам мне не поможет. Я для него неприкасаемая!

Ее глаза, загоревшиеся гневом, стали еще зеленее. У нее действительно были красивые глаза – выразительные, с длинными ресницами.

– А вы не излагайте в его присутствии свои воззрения, мисс Уайтфилд. Каста в Индии определяет всю человеческую жизнь."

"– Сакарам предупредил, что, прикоснувшись ко мне, вы тоже перестанете принадлежать к своей касте.

Алекс отлично знал, как важно правильно ответить на это замечание.

– Сакарам пробыл со мной так долго, что воображает, будто внушил мне свои верования. Он убедил себя, что я должен быть брахманом, вот только не всегда веду себя надлежащим образом.

– Это верно: иногда вы ведете себя как англичанин.