В поисках истины

Еще никогда ни один преступник не мог вести психологический поединок со следователем, в руках у которого имеются «железные доказательства» его вины. Победа всегда остается на стороне следователя, пусть это даже не широкоплечий, физически сильный мужчина, каким обычно его представляют неискушенные люди, а такая, как Нина Федоровна Марченко, молодая хрупкая женщина.

Ну, а тот, кто из подозреваемого стал отныне обвиняемым?

Что представлял собой он? Признав свою вину, Борис Фридман подробно рассказал, как он задумал убить тещу и Эдду, как, направляясь утром 13 апреля на работу, положил в портфель молоток и отвертку.

Вечером, по пути домой, он позвонил теще из телефонной будки, сказал, что сейчас к ней придет. Было минут двадцать шестого, когда преступник уже стоял перед дверью квартиры № 26 на улице Достоевского. Теща, перед тем как открыть, спросила: «Кто?» — и только после того, как убедилась, что это зять, впустила его. Не снимая ни шапки, ни плаща-пальто, ни перчаток, Борис прошел вслед за ней на кухню и тут же со всей силой нанес женщине страшный удар по голове молотком, за ним другой, третий. И так же хладнокровно расправился с маленькой девочкой, выбежавшей на шум из комнаты, где она делала уроки.

После этого убийца взломал отверткой шкафы, разбросал вещи, чтобы создалось впечатление, будто в квартире побывал грабитель, искавший ценности. Для пущей убедительности положил на стол два окурка, которые подобрал на улице около телефонной будки, билет на электричку. Пол в коридоре полил хлорофосом, полагая, что это помешает собаке-ищейке взять след. Стрелки будильника перевел на половину девятого. Словом, действовал, как самый опытный рецидивист, — расчетливо, продуманно. После тщательно закрыл наружную дверь на ключи и пошел домой. Он ничего не взял, в квартире, кроме 100 рублей, обнаруженных им в сумочке тещи. Из четырех купюр по 25 рублей одну он разменял, остальные спрятал под обоями.

В тот же вечер он пошел с женой погулять, а заодно купить для хозяйства кремосбивалку. По пути зашел в туалет на углу Невского и Фонтанки и выкинул там ключи. На другой день тщательно почистил ацетоном брюки, а плащ-пальто отдал в химчистку, чтобы уничтожить следы крови. Перчатки бросил в Фонтанку с моста Ломоносова, рукоятку от молотка и отвертку — в Мойку. Портфель, предварительно изорвав, сунул в бак для мусора во дворе НИИ, в котором работал.

Показания преступника записывались на магнитофон. Нину Федоровну, естественно, интересовало, что толкнуло Бориса Фридмана на убийство.

— Желание овладеть имуществом тещи, разбогатеть, — ответил он."

"— Разбогатеть? Ведь вы и Людмила работали. Детей у вас нет. Разве вам недостаточно было тех денег, которые вы, молодые специалисты, получали? Их было не так уж мало.