В погоне за бурным сексом

Но все же, для очистки совести, подруги еще раз наведались к Ниночке. И хотя было уже около восьми часов вечера, пробка на дороге почти рассосалась, но девушка дома так и не появлялась.

— Наверное, она на свидании или в кино с молодым человеком, — завистливо вздохнула Леся.

И подруги решили, что нечего ждать у моря погоды. А лучше подъехать к Нине завтра часикам этак к шести или в половине седьмого утра. Едва только сойдут с корабля на берег и сумеют отбиться от многочисленных поклонников, которыми обзаведутся, и — сразу к Ниночке. Так сказать, с корабля да на бал.

— Рано утром она точно дома будет. Она же не сумасшедшая, чтобы в шесть утра по городу носиться?!

И хотя с последней Лесиной фразой можно было бы поспорить, но Кира не стала. В самом деле, ранним утром все нормальные люди дома у себя в постельках. Это только они с Лесей, снедаемые брачной лихорадкой, носятся по городу, а теперь вот еще и вплавь пустятся. И не одни, а с теткой Дулей в придачу.

По этому поводу у Киры также возникли сомнения.

— Ты уверена, что стоит брать тетку с собой? Как бы она не отпугнула от нас потенциальных кавалеров.

— Да как тебе не стыдно! Если бы не она, то мы бы с тобой вообще никуда не поехали. Она все организовала.

— И потом, как ты себе это представляешь? У нее же билет куплен. Не могу же я его выкрасть?

— Хотя бы потому, что не знаю, где она его прячет!

Леся только фыркнула.

— Думаешь, чем я занималась с тех пор, как узнала про эту экскурсию. Пыталась найти билет!

И подруги расстались до вечера.

— Сбор во дворе ровно в десять вечера, — сказала Кира, звонко чмокая подругу в щеку.

Ехать на пристань было решено на Кириной машине. Чтобы потом на ней же ранним утром мчаться к Ниночке. И девушки расстались до вечера. Леся осторожно проникла в дом, надеясь, что тетка принимает ванну, ушла в магазин или гладит платье. Одним словом, страшно занята и не сможет отвлекаться на племянницу, которая вознамерилась порыться в ее вещах в поисках билета.

Но ничуть не бывало. Тетка Дульсинея хотя и была занята, пришивая на красный шелк бисер и золотую тесьму, при виде племянницы мигом отложила рукоделие и засуетилась возле нее.

— Миленькая ты моя! Где же ты целый день-то шастала? Нам скоро с женихами знакомиться, а на тебе лица нет. Бледная вся!

— Сейчас приму душ и порозовею.

— И покушать! — засуетилась тетка. — Покушать нужно! А где твоя вторая девочка? Кира, так ее зовут? Что же ты ее к нам поужинать не позвала? Она ведь одна живет? Наверное, вечно на диете. Худая как щепка! Звони ей. Пусть приходит.

— Вот жалость! А я и супчика с куриными потрошками сготовила! С картошечкой, с вермишелькой. Да ты глянь! Это же прелесть какая, а не вермишелька! Вся звездочками. Крохотными-крохотными! Я целые две тарелки съела, до того вкусно оказалось.