В погоне за бурным сексом

Но едва схлынула первая волна, как девчонки гуськом потянулись к дверям офиса. У каждой нашлось какое-то оправдание для своей отлучки.

— Но вы же тут, — заявила последняя. — Так что волноваться больше не о чем. Надо же и нам когда-то отдохнуть.

И напрасно Кира с Лесей пытались объяснить, что они вовсе не отдыхали, а тяжело и много работали. Что пострадала их вера не только в мужскую любовь, но и в женскую дружбу. Все было бесполезно. Бесчувственные сотрудницы испарились, словно их и не было никогда.

В итоге этой истории все получили по заслугам. Подруги были на суде. И лично убедились, что Маня получила весьма приличный срок. Не помогли ей ни деньги отца, ни адвокат, которого прислал ей ее брат — Валентин. Все оказалось бесполезно. Маня села за решетку. И напрасно адвокат надрывался, указывая, что лично девушка никого и не убила. Суду было достаточно того, что она очень, очень старалась это сделать. И не ее заслуга, что убийства ей не удались.

Кстати говоря, Валентин прислал адвоката и для Ниночки. И благодаря его усилиям, а также тому, что Ниночка сама пострадала, да и улики против нее были лишь косвенными, она получила условный срок. Но все равно это не спасло ее от развода со своим звездным мужем.

Как только стало ясно, что Ниночкина репутация отныне запятнана подозрениями, Валентин тут же поторопился развестись с супругой. Но это ее мало тронуло. Главная беда для нее — потеря гобеленового бизнеса. Маша нашла способ, чтобы даже из зоны отомстить бывшей подруге и отнять то, что официально считалось ее собственностью.

Но Ниночка все же осталась на свободе. И у нее был шанс начать все сначала.

А вот Мише повезло гораздо меньше. Никто не собирался ему прощать убийство Димы. И адвоката Миша получил самого средненького. Тот даже не сделал попыток серьезно защитить своего подзащитного. И просто продремал все заседание. Лишь дважды он поднялся со своего места и напомнил суду, что Михаил прежде судим не был. И вообще действовал по наущению своей любовницы.

В результате Миша получил на год больше Мани. Но, в отличие от нее, не считал приговор несправедливым и незаслуженным.

— Не знаю, какой бес в меня вселился, когда я шел на это дело, — признался художник в своем последнем слове. — Все эта стерва! В ней все зло!

И он метнул в сторону Мани взгляд, полный такой жгучей ненависти, что всем присутствующим стало не по себе. И даже судья поторопился предупредить художника о том, что месть не является гуманным чувством. И наказывается опять же по всей строгости закона.

Все остальные участники этой истории вернулись к своим обычным делам. Тетка Дульсинея помирилась со своим мужем. Теперь она снова примерная жена, любящая мать и бабушка.