В погоне за бурным сексом

Но все же ответила:

— Мы расследуем обстоятельства его смерти.

— Да чего там расследовать? — безразлично пожала плечами девица. — Жена его порешила! И все дела!

— Потому что она у него редкая сука!

— Маня! Маня! Дима мне про ее выкрутасы много рассказывал. Ее это рук дело. Точно вам говорю!

Кира покачала головой.

— Официальное следствие придерживается другой версии.

— И чё? — почти весело повторила Натаха. — Много это ваше официальное следствие дел раскрыло? То-то и оно. А я вам говорю со всем авторитетом: жена его убила!

— По комплекции не могла, — возразила Кира и тут же почти с ужасом поняла, что Маня в самом деле по телосложению на роль убийцы не подходила, а вот Натаха как раз очень даже.

От ужасной мысли, что, возможно, она беседует с убийцей Димы, Кира даже похолодела. А потом ее бросило в жар. И снова она похолодела, когда заглянула под стол, якобы в погоне за упавшей на пол вилкой. Увиденная картина ее поразила. Натаха обвила своей левой ногой ногу заморыша. И отпускать жертву явно не собиралась. Но это дело ее личное, кого она там обвивала и завлекала. Главное было в том, что нога у Натахи была не меньше тридцать девятого размера. Как раз нога такого размера была у Диминого убийцы. Кира точно помнила, как эксперт говорил об этом.

Правда, эксперт еще сказал, что обувь скорей принадлежит мужчине, чем женщине. Но это ведь были просто его личные предположения. А вот от тридцать девятого Натахиного размера ноги было никуда не деться. Он был, что называется, перед самым Кириным носом.

— Эй, ты чего там застряла?! — затеребила ее Натаха за плечо. — Нашла свою вилку?

Кира вынырнула обратно. Без вилки и вся бледная.

— Чё это с тобой случилось? — удивилась Натаха и даже выпустила ногу своего кавалера из плена.

Тот обрадованно пискнул. И, не веря в свое счастье, поторопился смыться. Натаха взглянула ему вслед со смешанным чувством презрения и сожаления, но, видя, что кавалер улепетывает очень уж шустро, вновь переключила свое внимание на Киру.

— Вот мужики! — с чувством произнесла она. — Одни мрут, другие удрать норовят, а третьи… те вообще! Ни на что не годны!

И, грустно посмотрев на Киру, она спросила:

— И чё нам таким молодым и красивым делать?

Что-то в Натахином слегка блуждающем взгляде натолкнуло Киру на нужную мысль.

— Выпьем! — оживилась Натаха. — За Димку! Хоть и потаскун он был, а все же мужик хороший. Такие фортели в люльке выкидывал, я только диву иной раз давалась. Выпьем за него! Как тебя звать-то?

Кира представилась. И Натаха тут же налила ей полную рюмку водки. Отказаться — значило порушить только зарождающуюся дружбу. Это Кира сразу сообразила.