Двойня в подарок-2. Семья

Навешал лапши на уши? Или искренне хочет сохранить семью.

Но мне так хочется верить мужу! И жить с ним.

— Надеюсь, больше сплетен не будет. — В порыве чувств кладу голову на плечо Тимофею. Его пальцы тут же зарываются ко мне в волосы. А губы касаются макушки.

— Все равно будут, — замечает он ощерившись. — У нас народ хороший. Но попадаются… суки. Те же Дроздовы. Они со школы ничем не гнушаются. Неймется им. Поэтому бдительности не теряем. Я любого урою за свою семью. И за тебя, Лера.

— Тима, — обхватываю я ладонь мужа своими ладошками. Прижимаю к груди. — Люблю тебя.

— Я тебя тоже, малыш, — признается Тимофей, целуя меня в висок.

В сумке дребезжит сотовый.

— Надя, наверное…

— Выходим, — приказывает Морозов и повторяет чуть резче обычного: — Полное доверие, Лерочка.

— С обеих сторон, — добавляю я на ходу.

Бегу за детьми в соседний дом и улыбаюсь. Все так просто. Главное, быть честным и искренним. Не носить в себе обиды и глупые наветы. Вот поговорили бы сразу…

— Ну хоть с толком съездили, — смеется, встречая меня у калитки Надежда. — Вон ты светишься вся.

— Спасибо, Надя. Выручила, — обнимаю я подругу.

— А ты еще ехать не хотела, — отмахивается она. — Правильно сделала, что поехала. Тима правда с Богданом подрались…

— О господи! Почему? — выдыхаю я, в ужасе хватаясь за щеки. — Они же с детства дружат.

— Да фиг поймешь этих мужиков. Я в дом вошла, они зло колотят друг друга. А окликнула, сразу врать стали про дружеский спарринг.

— Спрошу у Тимы, что там они не поделили, — пожимаю я плечами. Муж мне расскажет. Точно врать не станет.

И войдя во двор, любуюсь спящими в коляске дочками.

— Красавицы наши, — улыбается Надежда. Только улыбка вымученная. Невеселая.

— Дали тебе джазу?

— Нормально все, — отмахивается она. — Просто настроения нет. Торганов, скотина, сначала зазывал на свидание. А когда я согласилась, умотал к очередной мымре…

— У него кто-то еще есть? — охаю я.

— Да вот, птичка на хвосте новые сплетни принесла. У него роман с какой-то девицей. Говорят, на Выселках живет.

— Может, врут?

— Весь город врать не может, — отрезает Надежда и добавляет с горечью: — Опять загулял, зараза. Второй раз точно не прощу.

— А первый?"

"— Сразу после школы. Мы жениться надумали. И Виктор Петрович наш пустился во все тяжкие. Его Тима с Даном три дня искали. А оказалось, у соседки прижился.

— Да ну? Ерунда какая-то!

— Тиму спроси, раз мне не веришь. Он его как-то вычислил. Да дело даже не в этом. Хотя и в этом тоже. Торганов считает, что главный врач не должен на медсестре жениться. Не по уставу…

— Глупости, — заявляю я негодующе. — Какой устав? Если люди любят друг друга.

— Ладно, проехали, — печально роняет Надежда. — Зря я ему поверила… Теперь уж точно пошлю подальше.

— Погоди, — останавливаю я подругу.