В плену Зверя

Спустился поцелуями к ребрам, продолжая беспрерывно ласкать меня пальцами. Я сжимала зубы, пыталась дышать глубже, чтобы мыслить хоть немного здраво, но когда Дамир прекратил ласку и снова навис надо мной выжидающе, чуть не расплакалась, так хотелось, чтобы это продолжалось.

– Я хочу! Хочу! – не выдержала я.

– Чего именно?

– С… секса, – осеклась, но все равно договорила. Дамир смотрел с прищуром, не собираясь двигаться, и я сдалась, – тебя.

На губах мужчина расцвела победная ухмылка. Он освободил руки, но один защелкнутый наручник все равно остался болтаться на моем левом запястье. А потом принялся неторопливо, с ленцой, расстегивать ремень и ширинку джинсов. Стянул их вниз и провел ладонью по давно возбужденному члену.

Ма-мо-чки! Я распахнула шире глаза и мгновенно пожалела, что Дамир расстегнул наручники. Лучше бы так оставил, потому что лучше я сбегу от этого монстра! Он же разорвет меня!

– Не бойся. Я не сделаю ничего плохого, – пообещал мужчина.

Как будто почувствовал, что я собираюсь позорно сбежать – перехватил за щиколотку и подтянул ближе. Горячая головка прижалась ко входу и тело прошил ток. Я замерла и сжалась, покорно ожидая, когда он подастся вперед и навсегда заберет то, что ему никогда не должно было принадлежать.

– Расслабься, чтобы не было больно, – охрипшим голосом приказал Дамир.

Пальцами он снова начал ласкать меня и на миг легкость и расслабленность вернулись в тело. А еще больше было приятно от взгляда Зверя. Жадного, темного, полного дикого огня и какого-то первобытного желания. Я настолько утонула во всех этих ощущениях, что пропустила момент, когда мужчина толкнулся вперед. Заскулила, лихорадочно цепляясь за его плечи и шею, пытаясь отстраниться, но Дамир удержал на месте и вошел до конца, неумолимо разрывая последнюю тонкую преграду. От острой боли из глаз брызнули слезы и на несколько секунд я просто выпала из реальности.

******

В тот момент, когда она выгнулась в его руках и распахнула в беззвучном стоне рот, у него чуть не помутилось в голове. Хотелось вбиться до упора, резко, разом подмять под себя и просто вытрахать из этой девчонки всю душу. Огромным усилием воли Дамир заставил остановиться и себя и внутреннего зверя, который просто выл от желания и метался по клетке. Но сейчас главной была не его похоть, а то, что Марине больно.

Она беззвучно плакала, закрыв глаза, и Дамир тут же напрочь забыл о себе. Заключил в крепкие объятия и попытался успокоить, как мог.

– Тише, тише, моя девочка, – осипшим голосом шептал на ухо, поглаживая волосы и лихорадочно целуя, чтобы отвлечь и унять боль.

– Будет так же больно? – тихо спросила она.

– Нет. Только сначала немного, но уже не так сильно. Я буду очень осторожен.