В плену Обмана (СИ)

 — И не говори Давиду, что это я приходила. Скажи, что какая-то полная женщина — это наша домработница.

Киваю и слышу, как девушка уходит, а я так и смотрю в серую стену и пытаюсь переварить слово «навсегда». Никогда не замечал, насколько это страшное слово.

ГЛАВА 22

Егор

Жена Давида приходила ко мне почти каждый день, приносила еду, обрабатывала раны, поила таблетками, настоятельно рекомендуя пить их и в ее отсутствие. Ева принесла мне плед и мягкую подушку и очень просила не сдавать ее мужу. Я и не собирался, поскольку надеялся выпытать у нее хоть какую-то информацию о принцессе. Знаю, что наши пути разошлись, и лучше переболеть этой болезнью, но мне было очень важно знать, насколько больно принцессе."

"Сам демон тоже захаживал, уточняя новые детали о Севере, просил описать то его стандартный день, то планировку клуба. Нет, меня никто не держал и не охранял, дверь была открыта, но все понимали, что мне лучше быть пока здесь, чтобы у Севера не возникло подозрений. Тело заживало, а вот душа кровоточила еще сильнее. Это затяжная болезнь, неизлечимая, но нужно попытаться хотя бы заглушить симптомы.

— Как она? — спрашиваю у Евы, которая раскладывает на тумбу контейнеры с едой.

— Я не знаю.

— Ангелы не умеют лгать, — пытаюсь встать с дивана, но травмы пока не позволяют сделать это быстро. От резких движений простреливает в груди, но я стискиваю челюсть и сажусь, облокачиваясь на спинку.

— Егор, я не могу рассказывать тебе о ней. Это ваши отношения. Анита не хочет…

— Ну не было у меня выбора, понимаешь?! — срываюсь на эмоции, повышая тон. — Я просто хочу объяснить ЕЙ! — замолкаю, стискивая челюсть.

Закрываю глаза, дышу… дышу, пытаясь выгнать Аниту из головы хоть на пять минут. Черт! Если останусь жив, как я буду существовать без моей девочки?! Сам не понимаю, что творится со мной. Умом я осознаю, что мы не пара, что принцессам нужны принцы, а я кто угодно, но только не тот, кто ей нужен. Я ничего не могу ей дать. А кровоточащему сердцу все равно, оно рвется к ней. Болезнь прогрессирует, и лекарства нет.

— Прости… — извиняюсь перед девушкой. — Спасибо за заботу. Но не нужно больше приходить. Твой демон узнает — будут проблемы. А я не хочу, чтобы ты пострадала.

— На самом деле это Анита просит заботиться о тебе… — сознается Ева.

Поднимаю голову, смотрю в ее глаза, понимаю, что не лжет и со стоном роняю голову на спинку дивана. Почему, бл*ть, так происходит в моей жизни?! Впервые я полюбил по-настоящему, впервые растворился в девушке, почувствовал ее частью себя и не могу присвоить ее себе навсегда!

— Дай мне с ней поговорить, — сам не знаю о чем прошу. В груди вдруг разрастается невыносимая боль, от которой перехватывает дыхание.

— Я не могу… Она хочет знать, что с тобой все в порядке.