В плену Обмана (СИ)

— А я все равно не верю! Егор не мог так сделать! Отпусти его! — требую я, отказываясь воспринимать слова брата. Он специально это говорит, чтобы разлучить меня с Егором!"

"— Планшет! — рявкает брат, обращаясь к сидящему впереди охраннику. Что-то листает, а потом кидает мне на колени планшет, где открыты фотографии. Утираю ладонями слезы, потому что все плывет перед глазами. Беру планшет, открываю фото и не верю своим глазам…

""— Не бойся, сладкая, тебе понравится. Доверься мне.

Мой мерзавец делает из ремня петлю и надевает его на мои запястья. Крепко затягивает, фиксируя.

— Сядь ровно, — хрипло просит и берет со столика свой телефон.

— Это игра в подчинение? — усмехаюсь я, принимая красивую позу: выпрямляю спину, держу осанку и складываю связанные руки на колени.

— Ну, есть немного… — загадочно улыбается он и снимает меня на телефон.""

Листаю фото, кусаю губы, чувствуя, как потеют ладони, хочется кричать. Все только ради денег?! Ради чертовых бумажек?! Он спланировал все изначально?! Наше сумасшедшее знакомство, наши встречи, ночи, наши чувства… Мои чувства.

Отшвыриваю от себя планшет, оборачиваюсь, смотря на машину, в которой везут Егора, словно он может меня увидеть. Хочется посмотреть ему в глаза и одновременно не хочется больше видеть этого человека.

Резкий толчок в груди вынуждает меня испуганно замереть. Больно. Я прекращаю плакать, словно уже выплакала все слезы. Откидываю голову на сиденье и закрываю глаза, пытаясь перетерпеть невыносимую боль. Мне кажется, я падаю с огромной высоты, стремительно лечу в бездну и вот-вот разобьюсь.

— Он правда все это сделал специально? — зачем-то спрашиваю Давида.

И, видимо, мой голос настолько мертвый, что брат медлит с ответом. Чувствую, как Давид тянет меня к себе и обнимает за плечи.

— Да, котенок, — называет меня как в детстве, и я утыкаюсь ему в грудь. — Я бы хотел сказать тебе другое, но это правда, Анита.

Все, я разбилась, разлетелась на осколки, которые уже никогда не собрать. А если соберешь, я никогда не стану целой. Давид гладит меня по плечам, спине, а я ничего не чувствую, словно онемело все тело, а внутри меня пустота. Все правильно — меня же нет. Я только что разбилась насмерть.

_______________________

Te quiero. Eres mi cielo. Estoy loco por ti — Я тебя люблю. Ты мое небо. Я схожу по тебе с ума.

Amor m'io — Любовь моя.

ГЛАВА 21

Егор

Кровь на разбитых губах, поломанный нос и ребра — ничто по сравнению с растерянностью в ее глазах. Больно от того, что, возможно, я больше никогда не увижу мою принцессу. Я уважаю брата Аниты за то, что он заботится о ней, за то, что нагибает и имеет Севера и в какой-то степени, сам того не зная, помогает мне, отводя подозрения. Правда, плату берет моим здоровьем, но я потерплю. Самое главное, что моя девочка в безопасности.