В плену искушения

Крепкие руки вновь обхватили хрупкие запястья, а следом и тонкую талию.

Под широкой тканью одежды фигурка девчонки не просматривалась, а вот когда Рус сжал ладонями, то вновь «завис».

Талия была до одури тонкой. Нагашев спокойно обхватил ее пальцами, а они тут же сомкнулись на спине.

И сама девчонка легкая, как пушинка. И рост у нее крошечный. Маруся едва доставала макушкой Русу до плеча.

Крошечная и миниатюрная, такая, что страшно становилось. Вдруг Рус слишком крепко сожмет? Или обхватит? У него сил – немерено. А она вон какая хрупкая.

Рус понял, что все еще держит девчонку над полом, в воздухе. А она молчит. Не возмущается, не кричит о своей ненависти. Смотрит на него как-то странно.

Нагашев моргнул, отгоняя наваждение. Не хватало еще чудить прямо здесь, перед Марусей да в доме друга.

Так же молча Рустам поставил Марусю на пол, придержал, чтобы не упала, если вдруг голова закружится.

– Я в порядке, – фыркнула девушка и осторожно обошла мужчину, чтобы скрыться в гостевой уборной.

А там, смыв всю косметику с лица, нанесла блеск на губы, убедилась, что пятна крови едва видны. Повезло, что алые следы ее слабости сливались с рисунком на блузке. Словом, Маруся не стала менять наряд, пусть у Милы в гардеробе и имелись вещи подходящего для Маруси размера.

Решила пойти в гостиную. Там Рус и Сема уже приступили к дегустации крепких напитков. А ей вместо сока разрешили пару бокалов вина. Что удивительно, ведь обычно Марусе не полагалось спиртного. А сейчас Нагашев не спросил даже. Просто наполнил ее фужер игристым напитком.

Выходит, не такая уж она и маленькая, если Рус угощает ее алкоголем.

Глава 4

Все было не так уж и плохо. И, кажется, Маруся даже расслабилась, развлекаясь с племянником Сашкой и не слишком вмешиваясь в разговоры мужчин.

Девушке гораздо интереснее было играть с пацаном. А мальчишка так и норовил запустить крохотные пальчики в короткие пряди на голове Маруси.

– Не понравилась мужику прическа! – констатировал Семен, усмехнувшись.

– Непривычно просто, – произнес вдруг Рус, а Маруся вздрогнула.

Нейтральное «непривычно» отличалось от его прошлого, высказанного несколькими часами ранее «стремно». Но девушка промолчала, сделала вид, что не расслышала.

А Рус прикусил язык. И нахрена сказал? Ведь понял, что Сема под «мужиком» имеет в виду сына.

Наверное, алкоголя оказалось многовато. Вот и болтает по пустякам. Значит, пора сваливать, пока не наболтал кучу ненужного и лишнего.

– Я поеду. Сашке спать пора, – произнесла вдруг Маруся, словно угадала мысли Руса.

– Да оставайся у нас! – предложил Семен, – Места валом. Будешь еще среди ночи тащиться через весь город.

– Так я же не пешком, – фыркнула девчонка.

Нагашев усмехнулся.