В плену. И после. История одного эльфа

Но Грид не выглядела недовольной или обиженной. Смотрела на мужа не с упреком, а как на редкое лакомство, которое не распробовала до конца. При мысли, что ей действительно понравилось, что она, возможно, даже хотела бы повторить, поникшее было мужское достоинство снова воспряло, окрепло, заинтересованно дернулось.

Удивительная у него супруга! Как же Фаю с ней повезло!

Не прошло и минуты, как он оказался на спине, прижатый к постели гибким горячим телом. Сердце замерло: он понял, что сейчас произойдет. Его первый раз. Настоящий первый раз. Та запретная ласка была всего лишь прелюдией, а теперь настало время для главного блюда.

Помогая себе рукой, Грид уселась верхом на Фая, чтобы соединить их как мужчину и женщину. После первого оргазма Фай чувствовал, что готов к долгому марафону. И это действительно оказалось долго. Долго и сладко, неторопливо и нежно. Волшебно. Поскрипывала кровать, шуршали простыни, летний ветерок из окна развевал ажурный тюль. Пахло жасмином и мускусом.

Их близость была полна неги и теплой, искренней любви.

Эпилог

Эпилог

Дочери висли на Фае, как маленькие обезьянки, черноволосые, кучерявые, неугомонные. Заливаясь смехом, они щипали папу за нос, тянули за длинные волосы и уши и не переставали повторять: «В лошадку! Поиграем в лошадку! Ты — наш пони. И-го-го! Вперед!» И Фаю приходилось изображать пони (хорошо, что не ездового червя), катая на плечах дочерей по очереди или всех одновременно.

Когда к игре присоединялись сыновья, похожие на Грид как две капли воды, оставалось лишь мысленно молить Темнейшую о спасении. Дети умудрялись заездить отца до бессознательного состояния. Спустя два часа забав Фай полз к дивану на четвереньках и повторял про себя: «Надо быть осторожнее в желаниях».

Впрочем, отдохнув и выспавшись, Фай с удовольствием возвращался к своей шумной семейке. Снимал дочерей с дерева, отбирал у сыновей рогатки, которыми те постоянно разбивали окна соседских домов, и с надеждой поглядывал то на часы, то на входную дверь.

С возвращением Грид в доме воцарялась благопристойная тишина. Недавние сорванцы начинали ходить по струнке. Одежда не рвалась и не пачкалась, детские коленки не разбивались о камни дворовых дорожек, дочки внезапно обнаруживали любовь к чтению и другому спокойному отдыху, а сыновья — о чудо! — начинали есть столовыми приборами, а не руками.

Фай любил, когда жена дома. В ее отсутствие нервный тик обострялся и жизнь казалась куда более сложной.

*

Первыми в их семье появились тройняшки — Милли, Линдэлла и Кейти. Через два года Грид осчастливила мужа снова — на этот раз у них родились близнецы: черноволосые и желтоглазые оборотни, но с острыми, как у эльфов, ушами. Оба и внешностью, и характером пошли в мать.