В плену Гора

– Она помолчала, потом улыбнулась несмело, - целую?

- Везде, - тут же ответил я нашей привычной фразой и отключился.

Постоял, посмотрел в окно, обдумывая, что я могу сделать, чтоб оградить Курагина от того, чем он сейчас занимается… Да никак. Никак не могу. Не в моей это уже власти.

Парень сам выбрал свой путь. И кто я такой, чтоб на дороге вставать?

Придется Кошку мою успокаивать. Ей волноваться вообще нельзя. Потому что не только Снегурке Виковской рожать через несколько месяцев.

Черт…

Как вспоминаю про это, сразу на душе тепло. И сладко.

Вот прямо с первого мгновения, когда только узнал.

Скандально, кстати, узнал. От бешеного Курагина, напрыгивающего на меня с матами и угрозами.

А я понять не мог, о чем он.

И так весь загруженный был, как самосвал. Пока вопросы утрясал в полиции, нагло используя служебное положение, пока концы с концами сводил… То есть свидетелей искал и тоже решал… Все, чтоб не прикопаться к Кошке моей было.

Да и за нее переживал сильно.

Пожар потушили, на пепелище обнаружили труп хозяина дома. С колото-резанным.

Кошка моя, бешеная…"

"Такой ужас неконтролируемый до сих пор охватывал, стоило подумать, что она там одна, что этот скот ее мог… Из пистолета, найденного там же был произведен один выстрел. В мою Кошку. Как она смогла вообще… Бешеная. Совершенно бешеная. Дурная.

Постоянно перед глазами ее лицо было, белое-белое, белее снега… И руки в крови, красные.

И заточка, я ее нашел тоже, прибрал, чтоб потом утилизировать.

Не ошибался я в ней, первое впечатление – самое верное.

Тогда, возле машины, в неверном свете фар, она реально могла воткнуть заточку в горло человеку. Не стала бы сомневаться.

Когда речь идет о жизни и смерти, моя Кошка не сомневается. Действует.

Моя бешеная Кошка.

Тогда, в больнице, Курагин налетал на меня борзым щенком, пытался зацепить по лицу, что-то орал…

А я, машинально блокируя удары, думал только о ее глазах. Огромных глазах на бледном лице. Белом-белом. И в больничной палате тоже все белое.

И она там.

И она… Беременна.

Я, когда понял это, осознал… Пропустил удар, чем Курагин тут же воспользовался, с удовольствием навесив мне пиздюлей.

Но мне было плевать.

Сомневаюсь, что я что-то заметил даже.

Отодвинул мешающее мне препятствие в сторону и зашел в палату.

Курагин пытался забуриться следом и орал, что не пустит меня и чтоб я проваливал нахер, но я его вытолкал и дверь закрыл на ключ.

Подошел к совершенно спокойной Кошке, с легкой полуулыбкой глядящей на меня. Перевел взгляд на ее ладошку на животе.

И именно в тот момент меня торкнуло. Да так сильно, что еле на ногах устоял.

В голове какой только ерунды не крутилось.