Кость в горле 2. Первая невеста (СИ)

"

"Переписка с принцем Ланселем доставляла мне радость, однако его ответы насчёт гражданства не слишком помогали. Он неустанно утверждал, что “позаботится обо мне” и “не допустит, чтобы я подверглась риску”. Что это означало? Есть ли у них каталог того, что они считают опасным для женщины? Общение принца со мной было чересчур личным, словно он был моим ухажером, и я считала это неправильным. С другой стороны, он ни разу не дал мне повода усомниться в себе. Возможно, стоит довериться и получить гражданство?

Феликс не предоставил мне список потенциальных женихов, но с момента моего первого запроса прошла всего пара недель, и возможно, он просто не успевал. Меня нервировала неизвестность, и я уже несколько раз напомнила ему об этом в повторных запросах — безответно. В то же время, я сама внимательно наблюдала за неженатыми хранителями вокруг себя, пытаясь понять, подходят ли они мне в качестве супруга. Я понимала, что этот вопрос нужно решать как можно скорее.

Несмотря на мои запросы о списке женихов, физически я избегала короля, как могла. Мне казалось, что я чувствую его присутствие на интуитивном уровне. Я слышала его шаги и сразу старалась уйти и не столкнуться с ним. Это было не слишком трудно — Феликс был очень занятым человеком, и королевство сейчас вступило в технологическую гонку с другими государствами на создание первого искусственного источника.

Единственным конкурентом для Валледа была империя, но там и сейчас были проблемы — долгий период хаоса, когда хранители один за другим пропадали и появлялись с неожиданными супругами и супружницами из Аракии, повышенная криминальная активность и отсутствие поддержки со стороны правительства не сказались на стране бесследно. Однако у Империи было огромное преимущество — на их территории находились залежи форсадита. Несмотря на общественное недовольство из-за произошедшего в тюрьме, я понимала что правители продолжат исследования в этой области.

Они продолжат, скрыв это от общественности или придумав способ представить информацию так, чтобы не вызывать ассоциаций с прошлыми трагедиями.

Моя жизнь во дворце была не самой сладкой — кто-то распустил отвратительные слухи обо мне и Оливере, которые продолжали гулять по коридорам дворца, в основном среди тех, кто меня почти не знал. О слухах я узнала не сразу, а от Филиппы, которая вернулась из поместья, расстроенная после встречи с родственниками своего мужа. Она пришла ко мне, полная праведного гнева. Слухи были о том, что, мол, кто-то из знати увидел, как я либо страстно целовалась с Оливером, либо и вовсе удовлетворяла его ртом. К счастью, последняя версия была не особо распространена и почти все мои знакомые и вовсе не верили этим слухам.